Бессмертный [1]: Ветер странствий

Быть бессмертным, в его нынешнем положении, означало быть вечной едой для кучки мутировавших уродцев с чокнутым предводителем во главе. Эта участь, которой Эркен не был достоин. Только не он.

Бессмертный сел, чтобы подумать и вспомнил о Хавате и его спутниках, подумал о двух сестрах огня. Покинув Крейгаард, Эркен старался не думать о них. Но теперь что-то заставило его вспомнить об этих людях. Интересно, куда они пошли, ведь оставаться в полумертвом городе явно никто из них не собирался. А что если кто-нибудь из них пошел тем же путем, что и Эрк, и тогда есть шанс, что они тоже окажутся в Ароке и будут схвачены его жителями.

Или нет. Вдруг они смогут побороть странное колдовство Фазари и прикончить колдуна.

Закрыв глаза, Эрк поймал себя на мысли, что он сидит и надеется, что кто-то придет и спасет его. Никогда Эркен не рассчитывал на других, а теперь, оказавшись в тюрьме, откуда не сбежать, он тут же раскис, превратился из бессмертного в простого человека. Так недолго превратиться в своего сокамерника.

Сидеть, странно улыбаться и бормотать всякое себе под нос. Ну уж нет! В задницу Фазари и его скрюченных чудиков!

— Эй, — Эркен позвал своего сокамерника. Тот дернулся, поднял голову и взглянул на парня. — Как тебя зовут?

— Браго, — неуверенно ответил северянин.

— Знаешь, Браго? Замолкни-ка ты, и чтобы я больше звука от тебя не слышал!

Прошло какое-то время. Эркен не знал сколько. Может пара часов. Все это время бессмертный пытался выбить решетку своей камеры, нанося по ней удары ногами.

Каждый удар грохотом отдавался в тюремных коридорах, и этот звук привлек внимание остальных узников. Они выглядывали из своих камер, практически ничего не видя в темноте, и на их осунувшихся лицах был страх.

Но были среди узников и те, кто прекрасно мог видеть в темноте. Эркен увидел нескольких унсуров, сидящих за такими же решетками. Их посадили по отдельности, и теперь они тоже смотрели через прутья своей клетки на то, как Эркен неустанно пытается выбраться.

Толстые прутья практически не двигались.

За почти два часа, Эркен смог лишь чуть расшатать их, но у него была вечность, чтобы сбежать, и тратить эту вечность на нытье и жалость к себе он не собирался. Удар! Еще удар! Давай, чтоб тебя!

— Перестань! — сказал один из унсуров. Эркен отвлекся от своего занятия и посмотрел на полуразумного. Тот смотрел в ответ, держась за прутья своей решетки. Унсур выглядел весьма худым, но на ногах стоял твердо. Сколько он уже здесь, сказать было трудно.