Вспомнить себя

Еще раз, и еще! Сдуть с носа струю пота, и снова грести! Солнце сегодня особенно палящее, притом, как назло, от слова «совсем» нет ветра – так, что и паруса спускать без толку.

- Делай, Р-раз! Делай, д-два! – Зычным голосом командовал надсмотрщик. Он прохаживался мимо гребцов взад-вперед, и, то и дело кто-то шипел от боли. Он не подгонял никого кнутом, нет – у него и кнута то не было - но, илиниумовые браслеты справлялись даже лучше.

За минувшую неделю его голос настолько въелся в подкорку сознания, что вызывал тошноту.

Хотя, быть может это просто качка?

В первый же день нашего пребывания на Эльве, нам пояснили, что, плыть мы будем не совсем как обычные пассажиры – в качестве гребцов, если быть точнее. На судне оказалось два десятка весел, так что, выходило, что за каждым вторым стоял солдат капитана. Работали мы с ними на одних условиях, без поблажек ни им, ни нам, что воодушевляло.

- Пей! – Подошла моя очередь. Дежурный поднес ко рту чарку с темной мутной жидкостью. Зажмурившись, я в один глоток выпил больше половины.

Вязковатое варево упало в желудок, оставив во рту привкус горечи. Брр! Жуткого вкуса бурда!

Дежурный убрал чарку, двинувшись дальше. Вот это и было одним из немногих отличий, между нами и провинившимися солдатами – а грести отправляли чаще их, вне очереди – они эту мерзость не пили. Только мы, и, к удивлению…капитан. Он вообще был довольно странным: взять хотя бы то, что, какая бы ни была жара, он никогда не оставался с голым торсом, в то время как мы щеголяли мощами: еще в первый день, за место нашей одежды нам выдали с защитными пластинами набедренные пояса, и, сандалии на толстой подошве.

А еще перчатки – я ни разу не видел его без них.

Кормили нас с солдатами одинаково, и, опять же, капитан тут не выделялся – ел то, что едят все. А это зачастую вяленое или сушеное мясо да кусок хлеба. Не много, но, лучше того, чем приходилось кормиться мне два года бродяжничества.

Подул ветерок, обдав приятным холодом натруженную спину. Чуть погодя, подул снова.

…Я уставился на капитана, ожидая команды:

Вот он прикрыв веки глубоко втягивает носом воздух, вот поднимается подзывая к себе надсмотрщика, одновременно с этим потягиваясь….Тот слушает его, наконец, выдавая:

- Сушить весла!

С облегчением я вынимаю весло из воды. Фух…Сегодня пришлось трудновато – тело болит еще со вчерашнего дня, а тут снова…

- Ёерг! Ёерг, мать твою! – Зашептал сзади Ирт.

- Чего тебе? – Спросил я, не поворачивая головы.