Своя игра - 1. Уклонист его величества

Однако на плацу не было укрытий. Все бросились под защиту окружающих его башен и стен, и я последовал доброму примеру. Едва добежал, как сверху раздался громоподобный парализующий рев. Парализующий в буквальном смысле: не успевшие убраться с открытого места новобранцы застыли в тех позах, в каких их застало событие, и только двое или трое продолжали двигаться — с величайшим трудом, точно преодолевая сопротивление внезапно сгустившегося воздуха. На плац наползали крылатые тени — одна, другая… Бог мой, да это же драконы!

— Рутгер! Сволочь! Убью паскуду! — орал сотник.

Сверху опять раздался рев, пробравший меня животным страхом до самых костей. Внутренности в животе задрожали и будто бы стали жидкими — вот-вот вытекут! Кажется, я сейчас обгажусь… Дыши глубже, Иван! Сохраняй спокойствие! Ты под стеной, а посреди плаца у драконов на виду достаточно еды!

Дышалось тяжело, тело не слушалось. Еле удалось поднять голову — словно в замедленной съемке. Нет, гораздо медленнее! Вот же дрянь, ну почему так? Рядом один из выходов с плаца — как бы я сейчас к нему драпанул!

— Мразь! Выродок! Сын шлюхи! — продолжал бесноваться Креппер.

Наконец я разобрался в ситуации: драконы не нападали. Они всего лишь пролетали над нами четким строем образцовой эскадрильи. Но вот беда — один из них, кажется, собирался облегчиться. Да что там — собирался. Уже…

— Ма-а-а-ма! — тоненько закричал один из застрявших на плацу ребят.

Ну да: дракон — это вам не голубь.

Огромная плюха полетела вниз со свистом авиабомбы. Впрочем, звук мне, должно быть, померещился. Но сама плюха-то не мерещилась — она смачно шлепнулась точно в центр плаца, накрыв продолжавшего кричать паренька. Он мыкнул напоследок и умолк, оставшись стоять посреди вонючей лепешки, облепленный калом с ног до головы.

— Куда Герхард смотрит? Где Покров, мать его? — вопил Креппер.

Сам он при своем сорок восьмом уровне сохранил полную подвижность.

Мы подбежали к единственному пострадавшему. Он застыл в позе бегуна, с неестественно склоненной головой.

— Шею сломало, — сказал кто-то. — Но, вроде, жив.

«Меченый, — машинально отметил я. — Из моей децимы. Который с клеймом на лбу».

— Чего стоите? — ехидно спросил сотник у кучки парней справа.