Своя игра - 1. Уклонист его величества

Например: Хонор напал на рекрутов на Треугольной площади случайно, или потому, что с ними шел Иван? Разница, как понимаешь, огромная. И это лишь один из вопросов, на которые предстоит найти ответы. Хочешь услышать, на какие еще?

— Нет, — твердо сказал герцог. — Мне нужны решения, а не загадки. Давай лучше поговорим о вещах попроще. Как считаешь, многие могли заметить, что Иван появился в Каритеке с первым уровнем?

— Вряд ли. Снурф, сотник, кое-кто из обслуги в замке… Но все эти люди знают о переброске и спишут любые нелепицы с новым рекрутом на случайность.

Насколько мне известно, ни один из них не забеспокоился.

— То есть мы можем продолжать переброску.

— Мое мнение на сей счет остается неизменным. Ее давно пора прекратить — вне зависимости от сбоев, прошлых и будущих. Вне зависимости от того, насколько успешно мы справимся с текущими трудностями. Просто ее пора прекратить. Слишком многие правила Версума мы нарушаем. Нам не может везти вечно.

— Ты же знаешь, что мы не в состоянии перестать. Если, конечно, хотим выиграть войну.

Общины истощены. Каторжников освободили каких только можно, и начали освобождать тех, которых нельзя. Украденных в других державах рекрутов в формируемых нами сотнях уже половина. А скоро нам потребуется две трети, потом три четверти. Но нам не должно везти вечно — только до победы над империей. Что же касается Ивана… Он ведь с нами не навсегда. Только до дня памяти святой Елены. После чего отправится на войну, и мы сможем навсегда забыть про него.

— Мне бы немного твоего спокойствия.

— Жаль, что не могу его тебе одолжить, — рассмеялся герцог. — Придется тебе обходиться самому… Кстати: Ивану за победу над Хонором полагается награда. Сто золотых, если не ошибаюсь. Но ты решил не поощрять его?

— Получив деньги, он может поселиться в городе, где мне будет трудней присматривать за ним, — сказал Герхард. — Для всех будет лучше, если он останется с рекрутами. В том числе и для него… Знаешь что? Как ни странно, Иван мне симпатичен.

— Как ни странно, мне тоже.

— Вот-вот. А в Каритеке он первые сутки. И уже получил награду в десять уровней и попал в летописи Аусанга. Как бы довесок в сто золотых не вскружил ему голову и не подтолкнул наделать мелких глупостей, которые по-крупному испортят ему жизнь. Без всякой пользы для нас.

Какая забота обо мне! Лишить человека честно заработанной премии для его же блага — что может быть лучше? Вот ублюдок… Ладно — буду знать, что за тобой должок в сотню желтых, Герхард.