Своя игра - 1. Уклонист его величества

— И сколько тут у тебя? Два золотых, пяток серебряков и сотня меди… Да, вся сотня, до медяка… Хорошо придумал герцог с этой переброской новобранцев. Правда, все вы ошалелые после нее какие-то. Но только прикинь, как бы ты добирался на службу своим ходом. И каким пришел. Грязным, голодным, обтрепанным — и без единой полушки. Штаны на смену — и те продал бы. Знаем мы ваших сельских старост! Так и норовят денежное довольствие рекрутам урезать. Кому месяц до места добираться — на неделю дают… Радуйся и благодари герцога.

И Бальдура Великолепного — да продлится его владычество.

— Но ведь я…

— Что — ты? Что — ты? Я уже понял, что ты редкостный осел, — всю твою тупость даже на переброску не спишешь. И откуда тебя только Герхард выкопал? Марш на плац!.. Стой, куда?.. А оружие и снарягу кто забирать будет? Вот, бери. Как особо талантливому объясняю: это подкольчужная рубаха. Надеваешь ее — не ошибись! — под кольчугу. Шлем — на свою пустую башку. Щит на левую верхнюю конечность — не на нижнюю! Меч берешь в правую.

— А если я левша? — ни с того ни с сего брякнул я. На миг забыл, где нахожусь.

— А если ты левша, то следует немедленно отрубить тебе левую руку! — взревел бородач. — Так ты левша, сын сатаны?

«Не-е-е-е-т!» — хотел заорать я, но отнялся язык. Вот почему он сейчас отнялся, а не парой секунд раньше?

— Да не дрейфь, темень деревенская! — расхохотался бородач. — Полвека уж левшам руки не рубят. Ибо Святой вселенской церковью на Фескейском соборе признаны верными слова пророка Искима, что левши сотворены Создателем наравне с правшами… А теперь на плац — тренироваться! И советую подойти к занятиям серьезно.

У нас, конечно, не как у Людвига Дельмерского — назавтра уже в дело. Мясо для рубки мы врагу не поставляем. Однако если ты ко дню великомученицы Елены должный уровень не наберешь, пеняй на себя. На войну отправишься все равно. Хоть как достойный ополченец его величества. Хоть как мясо для рубки. Уж поверь старине Снурфу — так и будет.

Глава 2

Я думал, Снурф отберет у меня съестное и кошелек, однако он ничего не взял.

Не понял! Здесь так хорошо с продуктами и деньгами? Ну ладно, он не стал брать все, — но сало с окороком и золото с серебром забрать был обязан. Или порядки в герцогстве настолько строги, что он не решился? Или на должности управляющего наворовал уже столько, что не лезет?

По дороге на плац я все ждал, что меня пихнут в укромный закуток, где и лишат наконец излишних богатств.