Тизер

На лезвии высыхает кровь непися, остаются разводы, жалею, что не вытер сразу, приходится пачкать рукав комбеза.

Кончик поддевает дырочку вокруг стрелы, надрезаю штанину вдоль и поперек. Струйка крови просачивается сквозь закупоренную стрелой рану пульсирующими точками. Сравниваю систему кровообращения с системой смазки: насосы под давлением гоняют жидкость по трубкам, а дырка от стрелы - аварийный прокол, из которого подтравливает. Вымоченная ткань противно охватывает бедро. Нога заметно распухла.

Достаю обезболивающее, зубами стаскиваю колпачок.

Челюсти сжимаются в предвкушении укола. Ввожу иголку в пяти сантиметрах от дырки, ничего не чувствую, словно нога - не моя. Сдавливаю пластиковую капсулу, прозрачная жидкость бежит в мышечные ткани.

Осматриваю другие раны. В рукаве болтается стрела, оставила на плече царапину шириной в полсантиметра, не кровоточит. Нащупываю на спине порез и рану поглубже, кровь уже запеклась. Нормально.

Вытаскиваю из рукава стрелу, осматриваю наконечник. Сделали не вручную, или, по крайней мере, не кривыми руками.

Хотя склоняюсь к тому, что снаряд заводской: ровный окрашенный стержень, симметричное оперение, специальный паз для тетивы. Мои палки с жестяными треугольниками курят в сторонке. Наконечник почти без зазубрин, что не может не радовать. Стрела не разорвет к херам всю ногу, когда буду вытаскивать, хотя проблемы, конечно, создаст.

Пока осматривал стрелу и примерял ее к своему луку, подействовало обезболивающее. Ё-моё! Походу, содержит морфин или опиаты.

Боль ушла, пришли кайфы. Все вокруг стало мало значимым и… забавным что ли. Понимаю, что в полной заднице, понимаю, что если хилку не съем, то скоро скопычусь, понимаю, что возможно лучник вообще не выпустит меня из-за контейнера, но, сука… Так. Хочется. Хихикнуть.

Пребываю в состоянии прострации. Рассуждаю о том, что если бы красный муравей нашел пилюлю на силу и в одного заточил, то его ссаки вместо неприятного зуда, прожигали бы к херам не только кожу, но и железо, в точности, как кровь чужого.

А если бы пчела съела, то одним уколом валила бы лошадь или даже слона…

Размышляю о веселящем дерьме, пока левая рука тянется к торчащей из ноги стреле. С замиранием сердца наблюдаю, что будет дальше, складывается ощущение, что она действует сама по себе, или ей управляет другой человек. Рывками тащит вверх, дергает в стороны, прокручивает, кровь сплошным потоком валит наверх, затапливает калошу. Борьба продолжалась секунд тридцать, рука победила.