Архимаги не ищут лёгких путей! Книга 3

В тот самый момент, когда снаряды почти достигли своей цели, повреждённый лестничный самодвижущийся пролёт взял, да и рухнул, а вместе с ним улетели Парацельс с Герендом. Смертельные снаряды пролетели над головой вампира, слегка чиркнув по его роскошной шевелюре.

У ассассинов-убийц глаза полезли на лоб – так вышло, что пущенные ими снаряды, не поразив цель, теперь летели в них самих! Дротики – в метателя бумеранга, а бумеранг – в воина, использующего боевую трубку. Оба нырнули обратно в тёмные проломы в стенах, пытаясь вовремя скрыться, но сделали это, кажется, недостаточно поспешно.

Дротики и бумеранг влетели в чёрные проёмы и, судя по воплям боли, таки настигли свои цели. Но крики никто не услышал из-за грохота обрушившегося "парцелатора".

Парацельс и Геренд, в окружении массивных обломков, благополучно долетели до нижнего уровня – откуда и начинали восхождение на "Парцелаторе". С грохотом на них сыпались обломки пролётов и перекрытий.

Надо ли уточнять, что архимагу подобный "дождик" никакого вреда причинить не мог? Огромный остроконечный кусок металла на полной скорости ткнул его прямо в левый висок, но даже царапины не оставил.

Парацельс озадаченно моргнул и зачем-то почесал правую ягодицу.

– Вампирыч, ты жив? – обеспокоенно спросил волшебник. Взмахом руки он остановил все обломки, падающие на них. Те зависли в воздухе, угрожающе покачиваясь.

– Жив, – вампир, слегка помятый, но вполне здоровый, выбрался из-под обломков. Его одежду украсили пятна машинного масла, причёска растрепалась, но в общем и целом он выглядел бодрым и практически целым.

– Укладка испорченна безвозвратно, один ноготь сломал, ну да и чёрт с ними, переживу. Настоящий мужик на такие мелочи внимания не обращает.

Парацельс с облегчением выдохнул. К вампиру он относился примерно как бабушка к любимому внуку – сдувал все пылинки и следил, чтобы с ним ничего не случилось. И дело было даже не в премии... хотя, чего греха таить, и в ней тоже. Просто Геренд был по сути одной из немногих личностей на этом свете, кого волшебник мог бы назвать своим другом.

– Я вот только одну вещь, не понимаю, Парц, – произнёс задумчиво Геренд, отряхивая одежду. – Что это за неуклюжий чудак, который так настойчиво пытался нас убить из своей боевой дудочки? И его товарищ с саблей-возвращалкой.

– Да кто их знает, Геренд, – волшебник неопределенно пожал плечами. – Опять клоуны какие-то в башню забрались. Дело-то житейское.