Последний Адепт. Кулак трех царств

Левая рука была вырвана от локтя, правая нога превратилась в обглоданный огрызок, а левая изломана под таким углом, что напоминала плохо сделанный рисунок.

Супер держался свободной ладонью, лишенный трех пальцев из пяти, за жуткую рану на боку.

Из неё текла темная, нехорошая кровь.

Перебираясь через завалы, избегая проводов и разливающейся воды, Макдалов добрался до раненного. Он попытался набрать телефон службы спасения, но сигнала, разумеется, не обнаружилось.

- Ты совсем… не похож… на него… - произнес мужчина.

- Мы… всегда… шутили над…этим.

- Вы знали моего отца? - Коста помнил, как все друзья и товарищи его отца всегда подтрунивали над Макдаловым-старшим на тему, что сын на него не похож. - Впрочем это не важно. Сейчас приедут офицы. Вы только продержитесь немного. Они вас мигом поставят на ноги…

- Ноги… - как-то странно произнес мужчина. - Значит это… судьба…

Он протянул окровавленную ладонь и накрыл ею предплечье Косты.

- Теперь это… твоя миссия… Коротышка.

И с этими словами мужчина вздрогнул и в последний раз вздохнул.

Макдалов же, не понимая, что происходит, попытался снять с себя ладонь мертвеца, но в следующее мгновение боль, которую он испытывал прежде, показалась ему просто небольшим уколом.

Его изогнуло дугой и жуткий, звериный крик вырвался из бьющегося в агонии человека. В это время дымилась его плоть на левом предплечье, сгорая в пылающей крови мертвеца. На коже постепенно проявлялась черная татуировка, а сам Коста в очередной раз потерял сознание.

Уже уносясь куда-то во тьму, но слышал, как зазвучали сирены и крики людей, бегущих к завалам.

***

В наушниках играла любимая подборка электронной музыки. Чуть вспотевший после тренировки, окончивший девятый класс Макдалов сидел на берегу канала и жевал пирожное. Он смотрел, как гуляли весенним вечером молодые пары и столь же молодые родители.

Звучал смех. Кто-то спешил в торговый центр. Другие рассредоточивались по небольшим ресторанчикам и кафе, уже выставившим уличные террасы. Самым же мерзлявым они выдавали пледы.

Именно в такой и укутался Макдалов.

Он смотрел на людей. Таких разных, но объединенных одной чертой.

Все они старались не обращать внимания на высокую, бетонно-стальную стену, отделявшую город от внешнего мира. На ней несли вахту дозорные. Стояли какие-то артиллерийские пушки. Прожекторы неустанно били пучками света в небо и на землю - куда-то за пределы города.

Туда, куда раньше уходило Петергофское шоссе.

Туда, где раньше находился залив.