Костяной Скульптор. Том 5

К сожалению, мне уже нельзя было отказаться от этого заказа или хотя бы потребовать нового соглядатая. Груз требовалось доставить вовремя, это были не сушёные травы и не порошки, которые могли лежать неделями, а какие-то лекарственные сыворотки с ограниченным сроком годности.

За время, что потребовалось бы, чтобы развернуть фургон, вернуться в Бирак, найти нового проверяющего или курьера и снова пересечь горы, они бы с большой вероятностью превратились в протухшую слизь. И расплачиваться пришлось бы мне лично, а стоили эти сыворотки очень и очень немало.

Так что приходилось терпеть закидоны бобра, среди которых требование “сэркать” было далеко не единственным.

Например, он отказывался есть то же, что ели мы трое. Не из-за того, что брезговал или типа того, я бы тогда его точно на месте прибил, всё было куда банальнее. У него была достаточно серьёзная аллергия на продукты. Причём на самые разные: крупы, некоторые специи, мясо, как свежее, так и вяленое… список был довольно обширным и вникать в него у меня не было никакого желания.

Так что еду он себе готовил сам, для этого у него с собой имелась целая громадная сумка со специальными брикетиками какой-то полуготовой каши и тому подобным. И всё бы ничего, но на эту бурду у него уходило втрое больше времени, чем у нас на приготовление котелка того же риса или супа, а вставать раньше, чтобы начать готовить заранее, он категорически отказывался. В результате приходилось подолгу ждать его, когда можно было бы уже полчаса как быть в пути.

И вот такой он был весь. У меня существовала внутренняя граница, и когда человек за неё заходил, я тут же бил его в нос или что похуже. Но бобр умудрялся держаться над критической отметкой, буквально танцуя на краешке моего терпения. Он раздражал, но не бесил.

И так как от него зависели мои отношения с Братством, я никак не мог найти удовлетворяющую самого себя причину для того, чтобы на особо крутом повороте серпантина скинуть его в пропасть.

А таких возможностей с каждым днём становилось всё больше, мы приближались к самому опасному участку дороги, высочайшим пикам Лавинных гор.

Движение, и так очень неспешное, пришлось ещё замедлить. На некоторых поворотах серпантина теперь нужно было вылезать из фургона, чтобы проконтролировать траекторию колёс. Спасибо хотя бы, что летом на самой дороге не было льда и риск соскользнуть в пропасть отсутствовал.

Однако дала о себе знать другая проблема.