Костяной Скульптор. Том 5

Впрочем, стоило отдать защитникам должное, они довольно быстро поняли, что так ничего не добьются. И следующим этапом в Найса полетели уже заклинания.

По идее нечисть не должна была уметь применять стихийную магию, так как заклинания не могли использовать в качестве основы энергию крови. Но тут в дело вступали различные врождённые умения обитателей звериных пещер. Саламандры, кирины, водяные, фениксы, нереиды, сильфы, шторма, камнееды, наяды… список владеющей своей особой магией нечисти можно было продолжать очень долго.

А ведь ещё были куда более многочисленные ответвления основных линий. В них кровь чистых видов была разбавленной, но магию, пусть и менее могущественную, это им применять не мешало.

И на моего слепого друга обрушился поток самых разнообразных заклинаний. Их было куда меньше, чем физических снарядов, но их разрушительная мощь была куда выше. На самом деле, с учётом двадцатого этажа Звериных Пещер, стрела, пущенная самым захудалым местным оборотнем, могла пробить десяток человек насквозь и только потом затормозить.

Так что уже тот шквал, что пришлось принять слепому мечнику в начале, был очень серьёзной угрозой. Но теперь всё стало на порядок опаснее.

Однако слепой продолжал неторопливо идти вперёд, прикрываясь от десятков заклинаний своим магическим щитом. Он мог бы сделать всё в десяток раз быстрее, за несколько секунд добравшись до ворот. Но я точно знал, что Найс этого не сделает. Пусть я и не видел его лица, не приходилось сомневаться, что слепой мечник сейчас довольно улыбался.

За неимением выпивки и секса это был его главный кайф — заставлять противника чувствовать полную беспомощность. И речь шла не о победе. Одолев врага в бою, даже в заведомо выигрышном, далеко не всегда можно было довести оппонента до отчаяния.

Найс, прежде чем побеждать, давал возможность противнику испытать на нём весь арсенал, в дребезги разбивая саму волю к сражению. Но, конечно, в реально сложных боях, а таких за эти два с лишним года было немало, слепой забывал о театральщине и сражался серьёзно.

И когда мы доберёмся до местных заправил, Найс, я был уверен, не станет баловаться. Так что я был совершенно не против позволить ему немного развлечься, раз уж он отдал мне правителя города.

И вот, наконец, спустя почти пять минут неторопливой прогулки под шквальным огнём, он добрался до ворот. Широкая дорога к городу за спиной у Найса фактически перестала существовать, превратившись в покрытую кратерами пустошь.