Волчий трон

Лаолис понял больше, нежели мой телохранитель, поэтому тот и произнес

- Бегите Ваше Высочество, мы с Низамием постараемся их задержать подольше – я его хотел взять с собой, а его взгляд говорил мне категорическое *нет* - будьте осторожны, а за нас не беспокойтесь!

- Лаолис, как же я без тебя! – в отчаянии закричал ему – ведь я никогда не выходил из дворца и ничего не знаю!

- Богиня Атея защитит тебя принц Альран – спокойно тот сказал и выставил магический щит перед кучей бежавших солдат – хранитель дворца выведет тебя наружу, поспешите мой принц!

Я после этих слов бросился по коридору, каждый раз оборачиваясь назад, где Низамий, выхватив меч, дрался в широком коридоре с воинами герцога, а когда те пытались с флангов обойти искусного мечника, то натыкались на радужный щит жреца, не дававшим им пройти дальше или зайти в тыл одиночке.

Заскочив в спальню, я подошел к дальней стене и приложил руку к одной из светящихся выемок.

Это хранитель дворца мне чуть подсвечивал. Больше меня ничто не удерживало во дворце.

Сглотнув невольные слезы, я сделав светляк, как показывал учитель, ринулся в темный проход тоннеля. Стена камня за мной задвинулась и я пошел по пыльному коридору. Паутина висела повсюду и пыль доходила до самой щиколотки. При малейшем шаге она поднималась до самого потолка. Видно давно не пользовались этим ходом.

Пришлось достать из кольца платок и обмотать им лицо, чтобы пыль не лезла в нос. Мне казалось по тоннелю иду целую вечность, хотя, как показал хранитель подземный ход тянулся всего на пятнадцать километров и выходил в один из незаметных оврагов.

Ну, да, когда идешь на поверхности, то и не заметишь, как пройдешь эторасстояние. Другое дело, когда идешь в полной темноте и тишине, да еще и в первый раз в мрачном подземелье.

Но и он тоже когда-то кончается. Правда в таком передвижении один недостаток, на выходе тебя не ждет лошадь и тебе придется какое-то время топать пешком. Впрочем может это и хорошо. Не найдя меня в спальне, герцог наверняка уже поднял всех и сейчас конные патрули обшаривают все вокруг.

Ладно обойдемся без коня, подумал я, когда дойдя до конца тоннеля нажал изнутри на такой же выступ и плита отодвинулась, выпуская меня в затхлый и вонючий овраг. Какой-то идиот превратил этот овраг в свою свалку.

Чертыхался несчетное количество раз, пока добрался до поверхности и несколько раз падал на осклизлых кочках, пачкая свою походную одежду, сейчас всю в паутине. Выбрался глубокой ночью, но недалеко ощущалось жилье или деревня.