Аспирра: таланты Мудреца

Они спят урывками, подолгу нигде не задерживаются. Всегда настороже. Всегда готовы к драке, потому что живут в постоянном страхе. Боятся лесных хищников: волков, кабанов и медведей. Но больше всего боятся людей.

— Еще шаг, и ты будешь мертв до того, как коснешься земли, — пробурчал незнакомец, не поднимая головы, когда Гунн приблизился к костру. Все-таки шум шагов его разбудил. А может, тот и вовсе не спал и только делал вид, чтобы незваный гость подошел на расстояние удара.

— Зачем же так грубо? Я всего лишь странник.

— Гунн говорил с акцентом своей родины: он произносил лишь часть слова, чтобы догадливый собеседник сам додумывал окончания.

Услышав заморский акцент, чужак резко дернул подбородком и уставился на Гунна с неприкрытым удивлением из-под копны грязных темных волос.

— А ты еще кто? — В его голосе проскользнули явные нотки испуга.

— Что? Никогда не видел отступников с островов? — Гунн заулыбался.

Родом он был с далеких земель Ерруна и потому внешне разительно отличался от бледнолицых старморцев.

Кожа его была смуглой, почти красной, а глаза и волосы — черные как смоль. В профиль же он походил на грифа из-за длинного горбатого носа, приплюснутого лба и необычайно широких скул.

— Признаться, впервые, — напряженно вымолвил чужак, не сводя глаз с ерруанца. — Разве что слышал про вас. И слышал о том, что ваши короли вместо корон носят шапки из перьев и разукрашивают татуировками лица.

— Ты почти прав. Почти. — Гунн растянулся в самой из своих искренних улыбок.

Затем присел возле незнакомца на корточки: — Как зовут тебя?

— Лука, — нехотя произнес мужчина. Его взгляд метался. Он глядел на деревья за спиной Гунна так, словно ожидал, что оттуда появится еще с десяток человек.

— А я — Гунн. — Он было протянул руку, чтобы скрепить знакомство рукопожатием, как это делают северяне, но Лука даже не шелохнулся. — Что ж… — Ерруанец разочарованно вздохнул. — И что же ты здесь делаешь, Лука, в этой глуши?

— Пытаюсь сделать так, чтобы все оставили меня в покое, — огрызнулся тот.

— Прячешься, значит, — смекнул Гунн. Судя по отросшей, неухоженной бороде, северянин скитался по этим заснеженным лесам уже долгие месяцы. — А мы тут лагерь неподалеку разбили. Пошли с приятелем округу осмотреть, а в итоге нашли трупы, следы и тебя.

В одном Кормарк был прав: парень был диким. Казалось, что он вот-вот схватится за топор. В светлых глазах Луки читалось явное желание проломить кому-нибудь голову.