Аспирра: таланты Мудреца

Лучник держал беглеца на прицеле, двое других держали горящие факелы и топоры. Их лица были закрыты от ветра плотной тканью. Глаза светились ненавистью.

— Мало того, что ты убил Морру, так еще и Эйриса зарезал! — Обвинения прозвучали глухо из-за мерзлого ветра, унесшего слова мужчины куда-то ввысь. Но все равно Лука узнал голос. Он принадлежал старейшине селения Лангену — отцу Кейпы; Лангену, которого он сам долгие годы называл отцом.

Лука замер перед амверстагцами, виновато опустив голову и крепче сжав топор Эйриса.

На равнине перед ними он был как на ладони. Одинокий, брошенный и разбитый. Легкая мишень. Легкая добыча.

Приманка.

— Тебе нет оправданий, Лука, ты принес слишком много страданий нашей деревне, — процедил Ланген, сделав шаг вперед. Оружие в его руке опасно покачнулось. — Мне жаль, что наша семья взяла под крыло такого нечестивого ублюдка, как ты. Надо было бросить тебя умирать еще ребенком. Одного, на улице, когда от лихорадки погибли твои родители. Тем самым я бы спас многие жизни… — Мужчины встретились взглядами.

Хищник и жертва. Преступник и закон. Лука силился показать всем своим видом, что слова бывшего тестя не ранили его, но это было не так. — Твоя участь решится сегодня, проклятое отродье.

Ланген с друзьями сделали шаг, Лука отступил на два, и все разом замерли, услышав, как что-то где-то неприятно затрещало. Казалось, что этот звук доносится отовсюду, постепенно перерастая из скрежета в низкий клокочущий гул. Земля под ногами задрожала.

— Озеро! — в панике закричал лучник, отступая назад.

— Ты вытащил нас на озеро!

Лука едко ухмыльнулся и развел руками:

— Я никуда вас не тащил. Вы сами за мной пошли.

И побежал так быстро, как только мог, собрав последние силы. Как раз вовремя, потому что лед начал проваливаться именно в том месте, где только что стояла компания Лангена. Лука лишь увидел, как факел одного из мужчин взмыл в темное небо, закружился оранжевым колесом и упал в снег подле зияющей дыры в снежном покрывале, что становилась все больше.

Лед зловеще трещал, проседал, проваливался под ногами.

Глотая мерзлый воздух, северянин рвался вперед, перепрыгивал через образовавшиеся трещины, стискивая зубы. Голос в голове нашептывал: «Одна ошибка, и ты — труп. Остановишься — провалишься. Захлебнешься в воде, как в предательстве Кейпы. И никто тебе не поможет».

Добравшись до высоких сосен, Лука, задыхаясь, бессильно рухнул на колени, бормоча под нос самые крепкие ругательства, на которые ему только хватило фантазии.