Цитадель Магии: Миросоздатель

В это же время Чаридай резко остановился.

- А! – вскрикнул вспыльчивый Мастер огня. На его лице пробежала волна боли. – А-а-а!

Мужчина рухнул на пол, корчась в страшных муках. Глотка Чаридая издавала душераздирающие крики. Великие Маги повставали с мест, чтобы понять, что происходит с Мастером огня. Один Цэпсиус остался сидеть за столом, недовольно сжимая губы.

Вскоре Чаридай затих. Судя по угасающей ауре – навсегда.

- Кто-то ещё не согласен? – внезапно раздалось со зрительских трибун.

Великие Маги как один повернули головы на звук.

По лестнице спускался черноволосый юноша. Во взгляде, в движениях чувствовалась уверенность хищника.

- Я не согласен! – выпятил грудь Мастер воздуха Стогниус.

- И я! – не отставал от друга Мастер жизни Натаниэль.

- Идиоты! – прошептал Цэпсиус. Вжавшись в кресло, он неодобрительно качнул головой. Парни так и не поняли, что произошло с Мастером огня. И вместо того, чтобы промолчать, бросились на амбразуру. Скольких чародеев сегодня не досчитается Цитадель?

- Смело.

Уважаю, – хмыкнул Клемента, приближаясь к столам Великих Магов. Одновременно Стогниус и Натаниэль принялись истошно орать, раздирать на себе одежду, ногтями пытаясь выдрать нестерпимую боль, охватившую тело.

- Будут ещё против?

К Великим Магам кое-что начало доходить. Они смотрели то на трупы товарищей, то на одиноко стоящего бледнолицего юнца.

- Отлично, – Клемента важно кивнул. – Отныне Мастер-маг Арханиус – глава Цитадели. Прошу любить и жаловать...

Выдержав паузу, он коварно улыбнулся:

- И я хочу, чтобы вы все запомнили этот день навсегда.

Черноволосый мальчишка заглянул каждому в глаза. Великие Маги вздрагивали. Одних бросало в жар, других в холод. Цэпсиус не поднимал головы. Горон застыл истуканом. Меера вцепилась в руку любимого. На её побелевшем лице читался испуг.

Ученики с неподдельным интересом следили за разворачивающейся драмой. Для них это было что-то вроде театральной постановки.

Клемента сумел притянуть к себе внимание присутствующих. Обведя взглядом чародеев, сидящих за столами, бледнолицый парень резко вскинул руки в стороны.

Тотчас каждого Великого Мага охватила нестерпимая боль…

Мужчины и женщины опрокидывали столы, ломали под собой кресла, падали навзничь. Зал для собраний взрывался воплями и плачем. Уважаемые чародеи, мнившие себя самыми могущественными существами Вселенной, вмиг растеряли весь свой лоск. Они извивались на полу, выгибались дугой, корчились от боли. Некоторые истекали кровью.