Академия магии. Бессильный маг

Подстрахуешь, так сказать... - Марус противно гоготнул, а слуга молча опустил глаза, соглашаясь с хозяином. Он уже не первый год служил ему и точно знал, в чем заключается «подстраховка». В живых никого не останется.

В это же время, в другой части города, состоялся совершенно противоположный разговор.

- Кастин! Я же предупреждал тебя! - пожилой маг бушевал в ректорате, молотя посохом прячущегося за предметами меблировки профессора.

Кастин, временно укрывшийся за спинкой стула, чувствовал себя отвратительно.

- Но, советник, вы сами просили построже...

- Построже, но не отправлять его на смерть! Горы Арнах! Кто из вас это придумал?! - вытерев пот со лба, советник в очередной раз приложил профессора посохом.

Злость не заканчивалась, единственный раз он доверился суждениям совета, а на деле этот совет оказался кучкой напуганных дураков. Понадеялся на собственную академию и отправил единственного сына на смерть!

Рвах с детства отличался невезением, даже самая простая игра в прятки заканчивалась для него плачевно.

Он терялся, попадал в колодец, проваливался в трясину и все в таком духе. Донован-старший сначала считал это побочным эффектом дара, если бы не маленький отблеск черноты в его ауре. Что-то пустило корни в душе его сына, намертво связав дар мага и его жизнь. Скрепя сердце, Керт Донован направился к совету Академии, умолчав о том, что найденная аномалия связана с его сыном.

Ответ был неутешительным, исследовать, а после уничтожить.

Поэтому мальчик был отослан в интернат, профилирующийся на сдерживающей магии.

Но разлуки с матерью и друзьями сын до сих пор ему не простил.

Керт махнул головой, сейчас явно не время предаваться ностальгии.

- Что с кристаллом? Он оснащен обратной связью?

Профессор Кастин, видя, что угроза для его жизни миновала, выполз из-под стола и пригладил бороду.

- Конечно, но после данных о стычке с приграничным патрулем нет ничего.

- Приграничный патруль? Стычка? - брови пожилого мага взлетели вверх, видя это, профессор снова юркнул под стол.

Советник телепортировал к себе кристалл и закрыл глаза, вызывая информационное поле.

Короткий, сухой отчет о стычке с патрулем, был совершенно не похож на стиль письма его сына. Ощущалась досада и растерянность. Он погасил поле и вздохнул. Такой любимый и такой непонятный сын.

- А что за артефакт, за которым вы его послали?

Невинный вопрос вызвал на лице профессора целую гамму эмоций, от едва заметного страха до ужаса и оцепенения.