Слуга вечности 2

Поцелуй Амфитриты ослабил хватку, а потом и вовсе втянул в себя щупальца.

– Дай ей немного энергии, – сказал он Гордею, выплевывая губку.

Гордей так и сделал, прикоснулся пальцем к узлу на затылке, мысленно поздоровался с чудным животным и передал ему чуть энергии. Щупальца с пленкой слезли с его лица.

– Монстры! Опять монстры! – вдруг проскулил кто-то из темного угла.

В пещере спрятаться особо было негде. Только в одном месте глыбы образовывали у стены закуток. К которому Георг и направился.

За невысокой грудой камне, сжавшись в клубок сидел взъерошенный парень лет двадцати пяти. На Когтя с Гордеем он старался не смотреть, вперив взгляд в пол. Его колотила крупная дрожь, что и немудрено – в пещере было влажно и прохладно, а из одежды на пареньке были только замызганные шорты. Под его босыми ногами были разбросаны раковины от устриц. Похоже его рацион ограничивался только этими моллюсками.

– Ты Саша? – всматривался в лицо паренька Коготь.

– Да я, – парень сделал попытку отползти и спрятаться, но Георг крепко ухватил его за плечо.

– Стой. Не беги. Мы здесь за тем, чтобы тебе помочь.

– Правда?! Вы правда пришли меня спасти?! – Саша повернул голову, и Гордей увидел его глаза, горящие отчаянным безумием.

– Да, – Георг отпустил его, – но ты должен рассказать нам, что с тобой случилось.

– Это все она! Эта девчонка, эта… эта мерзкая тварь! – парень от безумного страха быстро перешел к безумной же ненависти.

Он начал орать так, что из его рта летели капли слюны, – она нашла меня… нашла нас! Мы взяли ее на борт, а она утопила яхту! Ведьма, вы мне не поверите, но она ведьма! Она заставила воду сжаться так, что та расплющила яхту как блин! Хруст, я до сих пор слышу этот хруст! А еще крики – она смотрела как тонут мои друзья! Эта тварь убила их всех! Только меня, она только меня затащила сюда и не выпускает! Она держит меня здесь в плену-у-у…

Приступ злости снова сменился на отчаяние.

Парень зарыдал, уткнувшись лицом в ладони.

– Ну все-все, – присел возле него Гордей, – успокойся. Мы тебя отсюда вытащим.

– Как?! Мы на самом дне, я до поверхности не доплыву.

Гордей хотел было возразить, что двадцать метров это не Марианская впадина, но подумал о том, что страхи у людей разные. Кому и двадцатка может безграничной пучиной показаться.

– Мария, нам нужен еще один поцелуй, – колдовал над блюдцем Коготь.