Кровь Арды

Внутри было темно и душно — от продолжавшего падать пепла. Отсюда давным-давно унесли всё, напоминавшее о событиях трёхсотлетней давности — может, сам Фарамир и унёс, подумал Фолко. Не хотел оставлять это праху и тлению — здесь он и его разведчики жили, скрывались, здесь пользовали раненых, здесь, коль так выходило, и умирали.

Саму пещеру наполнял шум водопада. С ним ничего не случилось.

— Местечко что надо, — одобрил Малыш. — Зубы изломаешь, а не прорвёшься.

— Ну вот, Фолко, мы вняли твоему совету, — Олмеру за сутки полегчало, он уже сидел, а не лежал.

— Что теперь? Ждать, пока нас отыщут посланцы Сил? Это твой план?

— Мы подождём, — хоббит вымерял шагами пещеру, от узкого истока до широкого устья, того самого Окна Заката, за которым вечно рушилась вниз водяная завеса — никак не мог понять, что его тревожит. — Если нас никто не обнаружит, никто не побеспокоит, то —

— То мы двинемся дальше, к Дул-Гулдору.

— Нет, вождь Эарнил, — вмешался принц Форвё. — Мы двинемся все своими собственными путями.

Потому что это будет означать, что посланцам Заокраинного Запада более нет до нас дела. Прошла уже неделя, нас никто не тронул. Адамант всё равно не вернёшь и, как верят мои спутники, Силы Мира не станут опускаться до низкой мести.

— Один раз они опустились, — напомнил Олмер. — Когда утопили Нуменор, не разбирая правого и виноватого.

— Это случилось множество человеческих жизней назад. И это был особый случай, который, кстати, не повторялся.

Олмер покивал.

Глаза его оставались полуприкрыты, словно он всё время к чему-то прислушивается.

— Славное место, — вдруг сказал он невпопад, точно и не слышав возражения принца. — Хорошая вода, чистая. И эхо тоже хорошее. Далеко слышно, отчётливо…

Он говорил странно. Не спорил с эльфом, словно и не было его тут вовсе. Не замечал с тревогой склонившейся над ним дочери, озабоченного Санделло рядом. Сидел, привалившись спиной к холодному камню, и вслушивался во что-то.

— Надо же… хоббит, ты хотел найти здесь что-то близкое себе, я понимаю.

Место твоей силы. Вы бились насмерть за Гондор, за Арнор… за их память, за ушедшую славу… здесь было то самое Кольцо… не знаю, что именно ты пытаешься здесь отыскать, но я — я уже отыскал.

Все умолкли. Гномы, кхандец Рагнур и потерявшаяся, растерянная Эовин; эльфы принца Форвё и сам пресветлый принц; Санделло с Тубалой — все.

— Они идут… — губы Олмера кривились в полупрезрительной улыбке.