Шут

- Эм, ну… ножны и рукоять… - я замолчал, наблюдая за тем, как учитель извлекает деревянную болванку. – Форма далеко не всегда соответствует содержанию.

- Так вы не японец! – осенило меня.

- Японец, коренной житель Островной, - нет, ну как у него это получается? Он растаптывает все мои попытки проявить себя прямо на корню. – Не стоит делать поспешных выводов. Ни язык, ни слова могут ничего не значить, но они же могут означать и всё, что тебе нужно знать о сопернике.

– Мой мозг сделал ручкой и удалился в неизвестном направлении. – На этом мы сегодня закончим, приходи, когда сможешь переварить то, что услышал сейчас.

Я послушно, как и полагается существу безмозглому, вышел и зашагал в направлении гостевой, временно переданной в моё управление.

***

Сон не принёс никакого облегчения, голова трещала, всё тело ныло. Плохое настроение поддерживала и погода – пасмурно, сыро, наверное, даже холодно.

Только выбрать… Что ж, своё решение я принял, теперь нужно как-то сообщить о нём. Хотя, Светлячок (нет, ну что за идиотское прозвище?) говорил, что его напарник явится сегодня. И что прикажете делать? Сидеть в ожидании? Наверное. Но не в моей натуре просто сложить лапки, ожидая решения судьбы.

Посему было принято решение потратить время с пользой – заняться тренировкой.

Я быстро расчистил пространство в комнате, растолкав всю мебель по углам.

Меч покинул ножны с тихим шелестом. Первый взмах, второй. Воздух постепенно покрывается смертоносным узором ударов. Мышцы поют от переполняющей их энергии, утренняя слабость отпускает тело.

Всё моё блаженство было прервано очередным стуком. Судя по громкость – Крепыш. Я не стал прятать меч, открыл дверь и не ошибся – у входа неловко мялся громила.

- Ну что, вы решили? – да, мир – странная штука.

Такой кроткий гигант, удивлял не меньше, чем, скажем, мим-факир.

- Решил, - я не стал оттягивать. Просто рубанул мечом. Но гость - человеком назвать не рискну - не предпринял никаких попыток защититься. Просторный даже для его размеров свитер послушно разошёлся под лезвием, так же, как и майка, а вот кожа не поддалась, будто обратилась сплошным камнем.