Акихико. Сокровище клана.

Заразить своей энергией охранника, сказать ему, что я его проклял, простолюдины часто мистифицируют силы магов и физиков, и что сниму проклятие, если он меня освободит. Останется только продержаться до того момента, когда боль перевесит рассудок, и он снимет мне браслет.

Я дожидался того, как он войдёт. Булавка была приготовлена. Сначала меня ударило током. Мощный заряд, я едва не выронил булавку. Затем в камеру зашёл смеющийся охранник.

— Что? Нравится тебе? Уже не чувствуешь себя крутым и всесильным? — Издеваясь, вопрошал он.

— А ведь мы только начали. Вставай. — Он сильно пнул меня по рёбрам. Хорошо, что мышечный каркас, смягчил удар. — Пора на процедуры.

Я, готовясь к порции боли, рванул на своего охранника, сумев всадить ему булавку в руку. Он естественно тут же меня откинул ударом ноги, и нажал на кнопку, после чего меня ударило током, но своего я добился. Теперь нужно произвести впечатления.

— Хахахахаха! — Засмеялся я, перевернувшись. — Ты думаешь, мне сейчас больно? — Я наклонил голову и посмотрел прямо в глаза простолюдину.

— Нет, ты ошибаешься. Совсем скоро больно будет тебе. Твои внутренности будут объяты пламенем, а когда догоришь ты, оно примется за твою семью.

— Что ты брешешь! — Стараясь не показывать свой страх, слишком уверенно сказал он. — Вставай, пойдёшь на процедуры.

Он естественно заметил булавку, но позже, уже когда вёл меня по коридору, и вытаскивая из своей руки посмеялся надо мной.

— Когда станет невмоготу — приходи. — Улыбнулся ему я.

Меня затолкнули в небольшое помещение.

После чего обдали мощным потоком ледяной воды. После электричеством. И так по кругу. При этом постоянно задавали, какие-то вопросы. Раз за разом. Я не знаю, сколько это длилось, но по внутренним ощущениям целую вечность. Ледяной, колючий поток воды, разряд электричества, вопросы. Я смеялся, обкладывал всех матом, и грозился, что доберусь до всех, кто причастен к этому и до их детей. Потом плакал. Сил не было никаких.

Меня вытащили, за руки, и поволокли по полу до моей или похожей камеры.

***

В Японии в этот момент творилось чёрт пойми, что. Аристократы, будто сорвавшиеся с цепи бешеные собаки, грызлись друг с другом. Вся напускная цивилизованность смылась с лица, будто дешёвый макияж. Вспоминались даже самые мелкие грешки и проступки, объявлялись войны друг другу. Не менее лютовали и простолюдины, внезапно осознавшие, что аристократы смертны, а руки имперских властей оказались короче, чем все думали, и гораздо слабее.