Записки колдуна

— Какова природа этих волн?– король сжимал челюсть и кулаки в ярости,– почему случился этот всплеск?– На последнем слове он сорвался и взвизгнул, а лицо светилось злобой, казалось, он хочет испепелить взглядом беднягу стражника.

— На месте работает лучший маг Его Величества,– продолжил лепетать услужливым голосом стражник,– вместе с отрядом боевого реагирования. Они попытаются определить, что стало причиной этой аномалии,– торопливо добавил он, как будто ставя барьер для своей защиты от пристального взгляда своего господина.

— Попытаются?– Завизжал в истерике он,– ты сказал «попытаются»?– Я с трудом подавил смешок, вызванный поведением этого королька. Этот юнец едва ли способен удержать собственный голос, как он подчиняет этих эльфов? Но этому солдату явно не до шуток. Остальные отвели взгляды в сторону, опустив головы.

— Простите, Ваше Величество, я хотел сказать, что маг определит, в чем была причина всплеска.– Практически умоляющим тоном причитал эльф, еще несколько таких вопросов и он разрыдается в ногах этого недокороля.

— Так-то лучше,– перейдя на спокойный тон, сказал предводитель эльфов и отвернулся от своей жертвы, жестом приказал продолжить движение.

Бедный солдат не осмеливался поднять головы, пока замыкающий член отряда не прошел мимо него, и только затем поплелся следом за группой.

У каждого из эльфов при себе было личное оружие: копья, арбалеты, луки, а каждое из них было украшено драгоценными камнями: у короля арбалет с прозрачным камнем в рукоятке, определенно похожий на алмаз, переливающийся всеми цветами радуги; у эльфа, который к нему обращался, красный, а у остальных зеленые.

Возможно, это их способ отмечать положение в обществе и степень приближения к королю, так как обладатели зеленых камней не обращались к предводителю охотничьего отряда, а были скорее обычными стражниками, безмолвными и грозными воителями.

Внезапно раздался крик отчаяния и боли, разлетевшийся по лесу, отдавая эхом далеко отсюда, птицы покинули насиженные места от испуга. Это был крик эльфа.

На замыкающего прыгнул всеми четырьмя лапами, уже знакомый мне, клиск, и, оттолкнувшись от спины, разодрал ее всю, переломав, судя по хрусту, позвоночник своей жертве. Я не заметил, в какой момент «провинившийся» эльф перестал быть замыкающим, но сейчас на земле лежало тело не его, а одного из стражей. Двое стражников, несших добычу, бросили на землю свою ношу и вместе с остальными развернулись на звук, встав наизготовку к бою, но клиск уже исчез где-то среди деревьев.