Книга 1 - Вторжение

По-мнению рискеттора Рид был настолько хорошим и правильным, насколько это вообще возможно. Было неприятно видеть, как он страдает из-за своей честности. Рид узнал его с одного лишь взгляда. Не смотря ни на какие маски и костюмы.

— Зачем вы пришли сюда, сир Даркен? Зачем вы спасли мне жизнь? Я вас об этом не просил, — пленник вновь опустил голову. — Убирайтесь и сейчас.

Даркен в ответ глубоко вздохнул. Немного помолчал.

— Мы бы не смогли спасти всех. И сделали, что смогли. Ты должен это понимать. Оставь чувства позади.

Да, твои ребята были дороги тебе. Мне тоже доводилось терять многих близких: отец погиб при Хезбурге, брат при Битве Народов, родных не осталось никого. Но жизнь течет дальше. Это самый огромный дар, что есть в этом мире. Нельзя им просто так разбрасываться.

— Самый огромный дар? Это слова из уст рискеттора, который убьет, и глазом не моргнув? — Рид горько улыбнулся.

— Таково мое бремя. Я сам с ним справлюсь, — Даркен на мгновения замолчал. — Ты хороший человек, Рид.

Я хочу дать тебе еще один шанс.

— Это вы так в Храгнаре хороших людей сразу в подземелья?

— При битве твои действия оценили, как неподобающие командному составу. Ослушание приказа, неподчинение, ярко выраженное недовольство у всех на виду. После такого дорога одна — трибунал. И тогда тебя уже ничего не спасет. Показательная казнь — лучшее на, что ты можешь рассчитывать.

— И стоило меня ради этого спасать? Чтобы самолично насладиться моими муками? Сир Даркен, вы страшнейший человек, которого мне когда-либо довелось повстречать.

— Не все так плохо, — рискеттор откинулся на спинку стула. — Я могу даровать тебе помилование. У меня есть на это полномочия.

Даркен достал из-за пазухи небольшой листок и положил его перед глазами Рида так, чтобы он смог спокойно прочитать его. Бывший командир гарнизона владел грамотой. Кинув взгляд на рискеттора, Рид принялся за чтение. Вскоре его лицо с давно застывшими от оспы следами неуверенно улыбнулось.

— Зачем Вы снова пытаетесь спасти меня? Что Вам это дает?

— Мир и так полон несправедливости и неравенства.

Когда в нем оказываются действительно хорошие люди — их надо беречь. Если они попадают в беду — их надо спасать. Когда-нибудь они изменят все к лучшему, — рискеттор без церемоний встал со стула и освободил руки пленника, всучил ему в кисть перо и произнес. — Подписывай.

***

Зал Особых Заседаний представлял собой небольшую комнату отделанную черным мрамором.