Мастер проклятий

Тех, кто все-таки пытался требовать объяснений и подробностей отречения, отлавливали и бросали за решетку с последующей передачей чистым для добычи флогистона. Обвинения звучали разные – больше всего народу, конечно, отправилось в тюрьму за оскорбление чистых.

Вслед за кесарем исчезла значительная часть высшей аристократии страны. Немногие умерли в результате несчастного случая или нападения бандитов, кто-то вдруг сам оказался преступником и отправился добывать флогистон. Что интересно, на какой бы срок не был осужден правонарушитель, никто от чистых почему-то не возвращался.

Но это никого из парламентариев не волновало, им нужно было больше флогистона, а на вопросы простых людей достаточно было ответить, что «сии преступники раскаялись, и стремятся к очищению в тиши и покое среди таких же оступившихся братьев». Если этот ответ кого-то не удовлетворял, он тут же отправлялся на встречу с раскаявшимся, потому что оскорбил чистого брата, а в его лице чистого бога своим недоверием.

А затем старых богов объявили порождением скверны.

То есть чистые и раньше не стеснялись об этом говорить, но теперь эта позиция стала официальной и поддерживалась на уровне государства. Прошел всего год после отречения императора, и за это время весь парламент отрекся от старых богов, а вслед за ним и большинство обычных граждан. Однако заслужить прощение нового бога оказалось не так просто. «Вы могли прийти к Нему, когда он был слаб, и очиститься», - проповедовали в храмах чистого бога, - «И тогда он принял бы вас, и стал бы вам добрым хозяином, закрыв глаза на то, что ложные боги создали вас из грязи. Но вы не пожелали очиститься, а теперь Он не желает даровать свое прощение просто так. Однако и шанса не лишает. И первое, что вы должны сделать – это добровольно отринуть покровительство ложных богов. Это станет первым шагом, этим вы покажете Ему, что не совсем потеряны для чистоты». Тех же, кто продолжал упорствовать, никто не гнал силком в храмы. Если, конечно, они не пытались оскорблять чистого бога. А он обидчив и не терпел конкуренции. Чтобы оградить тех, кто стремится к очищению от староверов, последним мягко предлагали переселиться в места компактного проживания.

Нет, оставшимся верными старым богам никто не запрещал находиться среди отрекшихся, но только под наблюдением чистых, чтобы оперативно пресечь попытки смущать умы паствы. Многие были не согласны уходить из родных домов, от родных алтарей и мест силы.