Хранитель Мечей. Рождение Мага

Время Быка – когда великое равновесие покачнулось, всё грозило сорваться в хаос, и соплеменники мои решили использовать выгодный момент.

– Почему же тогда они всё время говорят о какой-то Тьме, если это просто была война народов?

– Потому что в той войне мы победили, – сухо и нехотя отозвался декан. – На Аррасской равнине мы, Duott, встретили вас, Жзрщжю, вместе с этими волосатыми карликами – Zweorg – и славно потешились. Бой вышел на славу… трупы на пять лиг во все стороны лежали сплошным ковром, точно скошенная трава…

– Не может быть, – ровным голосом перебил Неясыть.

 – Двадцать пять квадратных лиг – чтобы покрыть их все телами, нужно более трёхсот двадцати миллионов трупов. Во всём мире даже сейчас не наберётся более пятисот миллионов живых.

Декан изумлённо воззрился на него. Тот продолжал, как ни в чём не бывало:

– Средний рост воина с шлемом – две эбинских сажени. Ширину, завышая для простоты и опять же учитывая доспехи, примем за полсажени. Значит, труп, лежащий на спине, занимает ровно одну квадратную сажень.

В эбинской лиге три тысячи шестьсот саженей, следовательно, двадцать пять квадратных лиг – триста двадцать четыре миллиона квадратных саженей. А поскольку мы выяснили, что на каждый труп в среднем требуется одна квадратная сажень, то…

Декан оскорблённо молчал.

– На что тут обижаться, это ж правда, – равнодушно заметил Неясыть. Казалось, ему всё равно, как отнесётся к нему его будущий наставник.

До самого входа в главный корпус Академии они шли молча.

– Ну конечно же, тела лежали не как селёдки в бочке, вплотную друг к другу, – наконец проворчал Тёмный, когда они оказались на отдраенном до нестерпимого блеска крыльце, выложенном слитками чистого серебра. Истёршиеся регулярно менялись, чтобы, упаси Спаситель, нигде не возникло и малейшей впадинки, способной опозорить цитадель Высокого Волшебства.

Фесс невольно помотал головой. Что на него нашло? Он слишком уж заигрался в этого холодного и пустоголового парня, того и гляди новая маска станет настоящим лицом! Он же был совсем, совсем не таким!

– Прошу простить меня, милорд декан.

 – Неясыть-Фесс постарался вложить в эту фразу побольше теплоты. – Я… я не хотел.

Жёлтые глаза вновь воззрились на него – пристально и остро.

– Заигрался, парень? – негромко спросил декан. – Да, да, понятно, понятно… ну что ж, забудем.

Они миновали крыльцо, поднявшись по блистающим ступенькам.