Реснет: начало

И должен признать, никогда еще я так не уставал.

Вообще, физическая нагрузка внутри игры ощущается не столь тяжело, как в реальности. В игре у персонажа есть собственный, никак не зависящий от реального тела, параметр выносливости. Да и здешняя усталость лишь внушалась нам, а вовсе не передавалась в наши истинные тела.

Тем не менее, когда игровой параметр выносливости сдавал, усталость начинала казаться вполне реальной. И для того, чтобы пересилить себя и заставить работать дальше, нужна была немеренная сила воли.

Та самая, которой у меня не было, но которая была у Насти.

Несмотря на то, что тут она не могла пользоваться своим натренированным телом, психологически она была подготовлена к преодолению трудностей. Я видел, как ей было тяжело дышать, как сложнее и сложнее ей давалось каждое новое поднятие кирки и каждый последующий удар по твердой породе. И все же она продолжала делать это. Раз за разом, удар за ударом.

И мне тоже приходилось делать это, пусть и менее успешно. Я более не мог объяснить это тем, что она лучше подготовлена физически.

Здесь, в Реснете, это не было так. Мы были на равных условиях, разница была лишь в нашей психологической несгибаемости. И я отставал, существенно отставал.

Однако в свое оправдание напомню вам, что я был ребенком, никогда прежде не занимавшимся тяжелым физическим трудом. Я был тем, кто любил поесть, поспать, поиграть, затем снова поесть, снова поиграть и снова поспать. Так что я более чем не привык к работе, пусть и игровой.

Более того, я бы и игрой такое времяпровождение не назвал. Ведь постоянные монотонные удары киркой были не только сложны, но и нудны! Это было так утомительно, что мне приходилось воображать, что я рублю дракона, чтобы хоть как-то повысить свой интерес к происходящему.

Ситуация усугублялась урчанием в моем животе. Мой желудок сосал себя, и я стал горестно винить себя за то, что не съел тот утренний пудинг.

А на третий час работы меня так сильно потянуло в сон, что я, честное слово, чуть не заснул прямо в игре.

Заметив это, Альфина решила разок вместо камня пройтись киркой по моей голове. Система оповестила меня о полученном уроне, головенку тряхнуло, в затылке кольнуло, ну и мне пришлось возобновить работенку, превозмогая сразу и усталость, и голод, и сонливость.

Добытую руду мы складывали в нашу общую (на двоих) тележку. И я все чаще замечал, что за каждый брошенный мною туда кусок руды, Альфина бросала два, а иногда и все три.