Хранитель Мечей. Странствия мага. Том 2

После горячего супа и доброго куска жареного мяса ему полегчало, хотя и не сильно. Тяжело опираясь на посох, он поднялся и побрёл к двери. На странного путника никто не обратил внимания, сегодня всем было не до чьих-то странностей.

Фесс выбрался наружу. Сделал десяток шагов и тотчас понял, что переоценил себя. Ноги приходилось переставлять чуть ли не руками. Силы стремительно таяли, уходили, как вода в песок. Он, вобравший в себя чудовищную мощь бушевавшего над городом чёрного шторма, сейчас не мог потратить ни единого грана из этого богатства – оно лежало где-то под спудом, ему совершенно недоступное.

Фесс хотел заставить мышцы тела работать, хотел согреться, чтобы больше не думать ни о ночлеге, ни о тепле. Он хотел идти всю ночь – однако при первой же попытке сплести несложное заклятье обновления сил его скрутило жестокой болью, а магия не отозвалась. Никак. Ну, ничуточки.

Он был опустошён и выжат. Требовался отдых, длительный отдых – Фесс словно бы наяву услыхал ворчливый голос Динтры. Конечно, старик-целитель был совершенно прав, никакому волшебнику проделанный Фессом трюк не сошёл бы с рук так просто.

Но такого… полной утраты способности к волшебству…

Лоб Фесса покрылся липким потом, несмотря на усиливающийся мороз. Что, если он вообще лишился всего, что составляло его суть как мага?! Что он тогда станет делать, как поможет друзьям?..

Каждый шаг давался всё большим трудом и всё большей болью.

Хрипя и стискивая зубы, Фесс протащился ещё, наверное, сотню шагов, пока нога у него не подвернулась и он не полетел лицом в снег.

Ругаясь, изрыгая страшные проклятия на весь этот мир и на его чванливого Спасителя, Фесс медленно приподнялся. Он запретил себе думать о том, что не дойдёт. Он просто обязан был дойти.

Отчего-то в голову его не пришла весьма простая мысль – попросить кого-то из купцов довести его до города. Впрочем, по ночному времени если кто и ходил по тракту, так лишь лихие люди, бесшабашное братство разбойничков. А он не мог ждать утра. Он обязан был дойти.

…Когда он рухнул в четвёртый раз, сил подниматься уже не осталось.

Он молча лежал, уткнувшись лицом в снег, и ждал. Чего? Наверное, смерти. Или, быть может, чуда – чтобы над ним внезапно раздался хорошо знакомый ворчливый бас Сугутора, или гневный рык Прадда, или – и лучше всего, вдруг признался он себе – мягкий голос Рыси, тот голос, которым она произнесла «иди ко мне», совсем недавно, совсем недалеко отсюда, когда они двое наконец-то перестали притворяться друг перед другом.