Хранитель Мечей. Странствия мага. Том 1

Движения серого призрака завораживали, затягивали в бездонную пропасть не смерти, не посмертия даже, чего-то иного: не бытия и не небытия, в пропасть вечной муки, горящей памяти и бессилия, вечного балансирования над полным, всеобщим и медленным распадом – того, что не представить слабым человеческим воображением, пусть даже и воображением некроманта.

Фесс словно прирос к земле. Уповал ли он на чудо? Нет. Молил ли о пощаде неведомых богов? Просил помощи у Тьмы?

Да. Просил.

Но, как видно, слишком поздно. Она не отозвалась, хотя Неясыть не сомневался – вечная хозяйка слышит любое слово и любую мысль в пределах этого мира.

Орк и гном тоже остались стоять на месте, Прадд скрежетал зубами, Сугутор всё пытался выругаться повитиеватее, но и его губы не слушались тоже.

А вот кому внезапно изменило сердце, так это эльфу. Ирдис истошно заверещал, точно заяц под псом, и бросился наутёк, в черноту, прочь от Потаённого Камня, так жестоко обманувшего его надежду выжить.

– Стой! – нашёл в себе силы крикнуть Фесс, да только куда там.

Тень же словно бы ждала этого. От медлительности не осталось и следа, громадные крылья развернулись, встопорщились сверкнувшими под невесть откуда взявшимся лунным лучом клинками перьев; призрак одним громадным прыжком настиг бегущего эльфа и размахнулся, словно косой, своим убийственным крылом.

Словно косой, словно воин Империи Клешней там, в горящем Арвесте…

«Будь готов использовать даже нашу смерть».

Сотканные из тонкого мрака клинки играючи рассекли тело Ирдиса; Фесса словно окатило жаркой волной предсмертного ужаса и боли – эльф расставался с жизнью мучительно, куда тяжелее и страшнее, чем человек, и Силы он отдавал куда больше.

– Получай! – яростно выкрикнул Фесс, взмахнув ярко засиявшим и задрожавшим от переизбытка мощи посохом. Горело не только янтарное навершие, чёрное древко светилось тоже – блёкло-оранжевым. Руку невыносимо жгло, но сейчас Фесс был даже рад этой боли – ему, как никогда, хотелось рукопашной. Да, он потерял своё умение, но в эти мгновения он жаждал одного – сразить эту тварь.

Земля всколыхнулась, ветер чуть не сбил некроманта с ног, гулко отозвались текущие в недрах подземные воды, взъярился тот невидимый огонь, который обычные люди называют «бешенством» и «жаждой крови». Это была уже не просто обычная некромантия, скорее – соединённая сила всех четырёх стихий, заключённая в оболочку подчиняющегося волшебнику праха.