Война мага. Том 1. Дебют

Я гуся запекла. Не знаю, как получилось.

– И ты небось воспользовалась собственным пламенем? – улыбнулся Фесс.

Рыся потупилась. Последняя ее попытка зажарить нечто в собственном огне закончилась капитальным пожаром на кухне.

– Но я ничего не сожгла, папа!

– Разве я тебя ругаю? – удивился Фесс.

– Но ты должен!

– Должен что?

– Должен меня ругать. Хотя бы изредка, – выдала драконица.

– Да ты что? – поразился Фесс. – За что же?! И для чего?

– Каждый отец должен ругать свою дочь, – изрекла Рыся.

 – Хотя бы изредка. Так заведено.

– Ни один отец никогда не имел лучшей дочери, – сказал Фесс. – Честное слово. Все отцы и матери мира должны мне свирепо завидовать.

Рыся засмеялась, совершенно девчоночьим, человеческим движением сдула со лба непослушную чёлку. Откуда, как в ней возникло всё это – Фесс мог только гадать.

– Пап, ты гуся попробуй. Я старалась. Он с яблоками, вку-у-усный!

Некромант положил в рот кусочек и причмокнул, зажмуриваясь.

Было действительно очень вкусно.

Они ужинали на сервизе, за который короли и императоры, не задумываясь, выложили бы годовой доход своих государств. За каждую ложку или вилку можно было приобрести средних размеров замок где-нибудь в Эбине или в герцогствах Изгиба. Они купались в роскоши.

До срока.

Неумолимое время не остановить. Внизу, в большом холле, как раз напротив входа, словно статуя в нише стояла большая клепсидра в два человеческих роста.

Подкрашенная индиго, вода медленными, ленивыми каплями сочилась по капиллярам, хитроумная система зубчатых колес передвигала тонкие стрелки. Сколько ни искал Фесс способа вновь заполнить постепенно пустеющий верхний резервуар, так и не нашёл. И кто знает, что случится, когда вытечет последняя капля и часы остановятся?

Рыси он, само собой, ничего не говорил. Еще разнесет несчастные часы на кусочки.

– Ну, пап, ну что же ты молчишь? – капризно проворковала Рыся в ожидании комплиментов своей стряпне.

– Изумительно. Чудесно. Восхитительно, – совершенно искренне ответил некромант с набитым ртом. – Такого не делала даже моя любимая тётушка. Честное слово!

Рыся немедленно покраснела до ушей от удовольствия.

– Правда? Честное-пречестное слово?

– Честное-пречестное. Честнее не бывает, – поклялся Фесс, расправляясь с гусем.

– Я послезавтра тогда утку сделаю.