Темная бирюза 1 - Тропы Подземья

Не проделав и трети пути, зеленый шар резко затормозил, держась на том самом корне, с которого меня прогнали улитки. Не похоже, чтобы он собирался ломаться – упрямое растение продолжало держать кусок земли, которым теперь владело, не деля с конкурентами.

Беды на голову бога-чудовища!

С одной стороны, то, что камень не сорвался вниз раньше срока – уже неплохо. Но что-то лезть в логово улиток и довершать начатое мне не очень хочется. Да и как? Обходить придется еще дольше. Даже не представляю куда ведет корень, оставшийся единственным путем к маленькой зеленой планете.

Обходить, как же. Бой внизу уже вступил в финальную фазу. Первый раз для Сайриса он уже окончился плачевно, и сейчас будет не лучше. Нет у меня времени искать другой маршрут! Рыкнув, новое проклятие по тому же адресу, я сорвался со своего обрывка лианы в сторону опустившегося ниже зеленого шара.

Приземление вышло не самым лучшим, но могло быть и хуже. Остров раскачивался, словно маятник, и был велик шанс вовсе упасть вниз.

Во время прыжка я об этом совсем не подумал, зато теперь пара бирюзовых волосков на моей голове точно стали седыми с осознанием близости смерти от такого трюка, да и правая нога теперь неприятно болела.

Улитки пребывали в растерянности, крепко вцепившись своим когтистым телом-лапой в землю. Панцирь скрыл большую часть их тел, оставляя лишь шесть коготков, всей силой впившихся в землю.

И ведь даже меча с собой уже нет. Я вновь безоружен. Да это просто злой рок какой-то.

. хотя, чего там, сам виноват. Нужно что-то делать с моей страстью терять оружие.

Но что могло бы подточить силу, удерживавшую такой вес? На грешном корне даже следов люминориса не осталось, равно как и трещин с того момента, как земляной шар остановил свое падине, повиснув на этом корне. Лишь земля рядом с ним растрепалась, выставляя на обозрение часть меньших корешков, уходивших в глубь зеленого шара. Но делать подкоп мне тем более нечем и некогда. Возможно, я мог бы перерубить эти, меньшие корешки, но сейчас говорить уже поздно.

Остается только одно.

Я попытался встать, и с неудовольствием обнаружил, что нога в каждом движении отзывается болью. Было не настолько высоко, чтобы что-то сломать, да и шевелить пальцами я мог. Вот только каждое движение теперь сопровождалось не самыми приятными ощущениями.

Крепко сжав зубы, я все же заставил себя подняться и медленно направиться к окруженной едкими тварями коричневой окаменелости.