Терн

Столица Мастеров не знала преступлений, её хозяева, казалось, обладали способностью видеть всё, что делалось на его улицах. Даже мелкие воришки не могли тут ничем поживиться. А вот развлечения Мастера разрешали любые, и Некрополис славился своими игорными домами и прочими увеселительными заведениями, где можно было удовлетворить самую извращённую похоть. Никого не интересовало, что ты делаешь или говоришь, пока ты не посягал на основы.

Мастера вовсе не старались превратить свой город и раскинувшуюся окрест большую страну в сказочное «царство ужаса».

Зеленели леса, щебетали птицы, колосились поля. Крестьяне, свободные от самодуров-лордов, выращивали урожаи, пусть и не столь обильные, как в более тёплых краях. Почвы Некрополиса не отличались плодородием, и Мастера с завидным упорством развозили по фермам и деревням обязательные к употреблению удобрения – пепел из вечно гудящих печей их крематориев, где сгорали останки тех, кто не годился даже на роль зомби.

Некрополис всегда нуждался в трупах. Всё равно каких, пусть даже совсем почти разложившихся.

Брал он и скелеты, хотя платил за них сущие гроши. Кладбища в подвластных ему городах были сущей фикцией – первейшей обязанностью верноподданного было сдать представителям государства тело своего скончавшегося родственника.

Особые команды на низких и длинных галерах бороздили море Тысячи Бухт, собирая трупы, где только находили. Что, конечно, не могло не вести к бесконечным столкновениям с местными обитателями, порой заканчивавшимся для Некрополиса весьма чувствительными поражениями.

Но Мастера не уступали и не собирались уступать. В мёрт– вых телах они нуждались даже больше, чем в хлебе.

…Стайни отсалютовала Мастеру. Ошгрен откинул серый капюшон, провёл морщинистой ладонью по бугристому черепу, покрытому коричневатыми пятнами. Он был уже стар, Мастер Ошгрен, стар и смертен – снадобья алхимиков и заклинания самих некромантов оттягивали неизбежный конец, но совсем избавить от него, конечно же, не могли.

– С теми бунтовщиками у тебя получилось неплохо, – проскрипел Ошгрен, не тратя времени на ответные приветствия.

 – Ты заслужила руну. Руну «акс». Большую руну. Твою первую большую руну.

– Благодарю, мой Мастер, – бесстрастно ответила Гончая. Антрацитовые глаза лихорадочно блестели, на воскового цвета лице выделялись ярко горящие алым щёки.

– Это не значит, что твои былые неспособности забыты, – не глядя на вытянувшуюся в струнку девушку, продолжал старый некромант.