Терн

– Не хочу про такое! – громогласно заявил демон. – Готов пуститься в путь прямо сейчас. Чего же мы медлим?

– Никто и не медлит, – отозвался Тёрн, вставая. – Только я закончу одну мысль.

– Ты и так просто завалил нас цветами своего красноречия, – буркнула сидха.

– Нас свело вместе не случайно, – настойчиво повторил дхусс. – Я вижу здесь прекрасную возможность…

– Для чего? – вновь перебила Нэисс, скорчив неприязненную гримаску.

– Мы – сила, – просто сказал Тёрн.

 – Большая сила. Обидно дать ей расточиться на мелочи. Не заступиться за слабого, не…

– Какое нам до этого дело? До всех этих, как говорит достопочтенный, «слабых»? – искренне удивился мэтр Кройон. – Мы, демоны, по натуре своей – одиночки. Ты делаешь своё дело и представляешь на всеобщий суд, как я, например, свои картины или поэмы. Остальное – зависит только от тебя. Ты плох или неумел – вини себя. Если кто-то падает – значит, он не может удержаться.

– Не ты ли, достойный мэтр, совсем недавно говорил о благородстве и помощи попавшему в беду? – остановился Тёрн.

– А, – смутившись, сбился Кройон. – Конечно, да, говорил. Подхваченный порывом, так сказать. Но слабые не должны всё время рассчитывать на помощь сильных, ибо таковых никогда не хватит на всех. И вообще, старайся одолеть врага сам, а не рассчитывай, что кто-то явится и сделает всё за тебя. Мы, демоны, это всегда помним. И оттого сильны. У нас побеждает лучший.

Достойнейший.

– И состязание всегда честно? – скривив губы в странную гримасу, осведомился Тёрн.

– Конечно! Вдобавок у нас нет королей и правителей. Каждый занимается своими делами. Если двое демонов поспорили, свои разногласия они разрешат поединком. Кто сильнее, тот и прав.

– Славная философия, – сквозь зубы процедил Тёрн. – Ну, а у нас не так.

– Тем хуже для вас, – скрестил лапы на груди демон.

– Возможно, но мы – другие, мэтр Кройон.

У нас есть сильные и слабые, и первые вершат суд над последними. Слабый не может защитить себя, а сильные теряют стыд и совесть, упиваясь своею силой.

– Слова, слова, слова, дхусс, – скривилась и сидха. – Пустые, как ореховые гнёзда осенью.

– Считать слова пустыми или же, напротив, исполненными смысла – зависит только от нас, – возразил Тёрн. – Для меня они не пусты, Нэисс.

– Для меня – да, – резко бросила та.