Колхайн

Все люди, знакомые с ним, пребывали в уверенности, что это некий ритуал, но были неправы. Ему просто очень нравилось наблюдать за появлением нового звездного неба, которое пару раз приносило приятные сюрпризы.

- Выход.

Появились звезды. Но большую часть пространства занимало черное пятно. Взвыли сирены тревоги.

- Искин, что происходит?

- Флуктуации всех известных полей с запредельными характеристиками. Станцию затягивает в аномалию.

- Включить системные двигатели, - приказал капитан. – И маршевые.

Человека, отвечающего за полет, навигацию и работоспособность частей станции на протяжении всего времени существования называли капитаном.

По аналогии с космическими кораблями. В свое время название для этой должности не придумали, а потом не захотели менять.

- Станцию затягивает в аномалию с прежним ускорением, - доложил искусственный интеллект.

- Совершить гиперпрыжок.

- Генераторы перехода не работают. Ошибка. Рабочие параметры в норме. Пространство не поддается изменению. Сигнал от внешних датчиков отсутствует.

Внутренние датчики фиксируют лавинообразное нарастание интенсивности полей.

Доклад у всей ученой братии вызвал разные эмоции: от «мы все сейчас умрем» до «будем жить вечно».

- Перевести всю энергию на защиту рубки. Создать кокон абсолютной защиты, - приказал владелец станции.

Все присутствующие почувствовали нечто, объяснения которому дать не могли.

- До входа в аномалию осталось десять секунд, девять, восемь… вход.

Ученые молча ожидали своей судьбы.

Казалось, сам воздух сгустился вокруг них, не давая дышать свободно. Молчал и искин. Сколько это продолжалось времени, неизвестно, но треск разрываемого кокона все не только почувствовали, но и услышали. В рубке раздался душераздирающий крик. В секторах, где жили ученые с семьями, абсолютно все потеряли сознание. А вот в природных секторах непонятное воздействие полей перенесли намного лучше: кто-то скривился, кто-то уснул, кто-то потерял сознание, а кто-то вообще ничего не заметил.

Но последовавший за этим удар ощутили все.

Космическая станция была рассчитана на очень большие нагрузки, но то, что произошло, просчитать не мог никто. От удара полностью смяло переднюю часть, где находились научный центр, лаборатории, исследовательские. В задней части были полностью повреждены двигательные установки, но технические помещения сохранились. И только в природных секторах не произошло ничего существенного.