Крутой Сэм

Я не был готов к такому повороту событий.

— Никто не был готов, — с сожалением ответил фавн.

— Что они еще сказали? — Кубус ткнул пальцем в небо над лабиринтом.

— Больше ничего? — улыбнулся Сарук. Они выкинули тебя в воды Семиречья, и мы забрали тебя, еще не зная распоряжений относительно твоей судьбы. Их волю принес Шадос.

— Понятно, — Кубус опустил глаза в землю. Присутствие Шадоса в лабиринте, не предвещало ничего хорошего. Инфернальный скиталец появляется только на самых острых участках. Им предстоит тяжелое сражение.

— Ты знаешь кто он? —Кубус пристально посмотрел в глаза фавну.

Фавн отвел глаза: — К нему благоволит сам Один.

Господин Уне и господин Ану решили сыграть партию против него, подготовив тебя к бою с его любимцем.

— Попали в переплет, — скорбно заключил Кубус. Стать разменной монетой в подковерных играх богов войны: не лучшая участь. Фавн кивнул.

— Никто здесь не в восторге от их задумки. Он обвел головой других фавнов примостившихся на соседних валунах. Те согласно закивали рогатыми головами.

— Когда герой придет в лабиринт? — спросил Кубус. Фавн поднял рогатую голову вверх: — Через семь лун.

— Мы встретим его, — усмехнулся Кубус. Другого выхода нет.

Фавн хлопнул в ладоши. Вокруг все запело и зашевелилось. К камням тащили большие черные чаны, сухие сучья для костров, кувшины с вином.

— Мы будем веселиться, — прокричал фавн. Битва еще не скоро. В нас не должно остаться сожаления.

Фавн подмигнул Кубусу со словами: — В нас нет сожаления в нашей участи, но мы надеемся, вновь родится людьми.

Костры ярко запылали, выбрасывая в темнеющее небо снопы искр. На маленьких деревянных тележках привезли мясо и вертела. Нимфы спрыгнули с веток и расселись рядом с фавнами в ожидании вина и красивых песен.

Но Кубус старался не думать об устроенной в его честь пирушке. Объятья нимф были безразличны для него. У Кубуса больше не было сердца. Оно осталось где-то там, в железном баке, среди кучи требухи.

Но некоторые эмоции у него все же остались. Он сидел на валуне и глупо улыбался, смотря, как обнаженные нимфы порхают среди фавнов.

Пир в лабиринте был в самом разгаре. Опьяненные запахом нектара и вина эльфы теряли ориентациюв воздухе. Сталкивались друг с другом, ругались и вновь разлетались по своим делам.

— Кубус! — раздалось мерзкое шипение. Пирующие фавны и нимфы остановились.