Павел Гард и амулет тьмы

По большей части люди этого даже не заметили, либо посчитали само собой разумеющимся делом для большого и беспокойного города.

Не обращая внимания на подобные мелочи, острый взгляд мага-ведуна «сфотографировал» подозрительную девчонку лет двенадцати. Её не естественная улыбка и нелепо торчащие в стороны косички насторожили, но логика сработала быстро и чётко: «Мало ли детей-попрошаек с цыганской внешностью бродит утром по магазинам».

Проглотив Пашку и других потенциальных покупателей в своё чрево, «супер-маг» словно заботливый хозяин, окутал их запахами всех мастей и всех страстей на любой вкус, запрос и кошелёк.

Изящно лавируя между покупателями и двигаясь знакомым курсом, Пашка быстро добрался до заветного табачного отдела. Это была высокая остеклённая витрина, плотно заставленная заветным ассортиментом. Ровно посередине сего сооружения имелось маленькое окошечко для совершения заветной сделки: обмен выдуманных символов на материальные блага.

Купленная ещё вчера утром пачка, закончилась к ужину, и растянуть привычную дозу никотина на целые сутки не удалось.

День выдался напряженным, как никогда, такое иногда бывает, и идти в круглосуточный киоск, поздно вечером, совсем не хотелось. Можно немного и потерпеть до утра. Да и мысль о том, что пора бы завязывать с этой вредной привычкой не давала покоя уже долгое время. По этой самой причине Пашка никогда не покупал курево целыми блоками.

Пёстрые этикетки сигарет на витрине неутомимо звали и манили: «Я лучшая из лучших табачных изделий! Только я!»

Вот и до боли знакомая пачка с привычным рисунком.

Рука мысленно тянется к ней сама собой, тут же вскрывая упаковку набившим уже оскомину способом. Спроси любого заядлого курильщика: что нарисовано на пачке его сигарет? Никто точно не скажет, что на ней изображено.

«Может стать спонсором другой табачной фабрики?» - Пашке стало немного смешно от этой неожиданной мысли, и на его лице появилась улыбка.

В окошечке показалась худощавая фигура весёлого и немного нескладного старичка с редкой полуседой бородкой.

Он загадочно мурлыкал себе под нос какую-то знакомую песенку… или не песенку. Вот только ощущение по этому поводу было несколько необычным, вроде, как дежавю приключилось внезапно. Словно старая плёнка черно-белого фильма прокрутилась на мгновение перед его взором и тут же оборвалась.

«Странно, - подумал Пашка, - А где же девушка?»

Возникшее сомнение моментально растворилось в шумном хороводе звуков магазина, оставив лишь приторное послевкусие.