Прошедшая вечность

Она должна ощущать тонкие пути, преодолевать бури и незримые водовороты; и сейчас Райна, как встарь, попыталась представить, как отыскивает дорогу среди этих чудовищных осей и шестерён, как взмывает, подхваченная ветрами магии, как устремляется свозь кристаллический хаос прочь, туда, где свободно пролегли тропы Межреальности. Давным-давно она не прибегала к этому; но теперь, когда стены Асгарда поднялись вновь и мощь возвращается к Древним Богам, быть может, у неё получится…

Райна не замечала, как развернулась, с неподдельным любопытством уставившись на неё, сама Сигрлинн.

Она уже отрывалась от поверхности, воспаряла над ней, разворачивая незримые крылья. Здесь нет верха и низа, значит, всё равно куда лететь! – лишь бы это вело к границе зелёного хаоса.

Она была, эта граница, где-то далеко-далеко, но была! Однако перед нею… порядок, сделавшийся хаосом, сгущался, становился совершенно непроходимым, и там… там что-то творилось, закрывающее пути, затворяющее их, перемалывающее привычное пространство-время…

Мельницы, вдруг подумалось Райне.

Мельницы богов.

Но главное, что дорога отсюда есть! И выход тоже! Осталось только…

Жестокий удар прямо в лицо, словно незримой палицей, в глазах всё вспыхнуло, а сознание, напротив, померкло от боли.

…Сигрлинн поймала её в последний момент, когда валькирия уже готова была сорваться в пропасть. Здесь нет верха и низа, здесь земная тяга выделывает удивительные фортели, но падать от этого не менее больно и последствия не легче.

Райна не успела ни закрыться, ни отстраниться. Меж прижатых к лицу ладоней быстро бежали карминовые струйки; чародейка выругалась вполголоса на непонятном языке, с силой отвела руки валькирии от раны, зашипела злобно, увидев последствия.

– Сейчас… – пробормотала она, быстро проделывая какие-то пассы. – Сейчас…

Сила лилась свободно, и первое, что ощутила воительница, был расползающийся по лицу холод, быстро изгоняющий боль.

Сквозь алую муть едва виделось напряжённое и резкое лицо Сигрлинн.

Ледяные клещи сдавили Райне виски, помогая, однако, сознанию проясниться.

– Что ты увидела? – на сей раз это понятное.

– Выход… – прохрипела воительница, с трудом выталкивая слова из разбитых губ. – Есть дорога… наружу. Я… валькирия, я… чую…

– Чуешь? – недоверчиво сощурилась Сигрлинн. – Лежи, лежи, сейчас будет легче, я уже залечиваю.