Вечная Битва: Восход Черной Луны. Книга Первая

В наши дни не часто встретишь нечто подобное, люди стремятся извратить самые великие ценности жизни, скрывая за наигранным цинизмом стоны собственной души, которые могут при этом и не слушать, да только от самого себя, их не спрятать, не заглушить… Им не понять, о чем я толкую, ибо они не знают цену дружбы.

- Наверное, так и есть, - сделавшись более серьезным, согласился Ксандор. – Но ты ведь не подумал, что я пытаюсь высмеять Тетаэля или вашу дружбу. Я уже вырос из того, чтобы сводить все к каким-то извращениям. Да и вас я хорошо знаю.

- Не надо извиняться, тебе вовсе незачем это делать, - повелитель ветров добро улыбнулся. – В твоих словах не промелькнула эта мысль. Я просто сталкивался с таким вот изуродованным пониманием схожих случаев. Мне искренне жаль тех, кто полагает, что отношения между мужчинами могут заканчиваться либо совместным пьянством, либо какими-то отклонениями. Мне просто обидно, что истинные драгоценности души, такие, как вера в чудо, дружба, любовь, бескорыстность уходят в небытие.

Расходясь по углам, смертные обрекают себя на медленную, но верную смерть в одиночестве, забывая, что сила во все времена была в единстве. А они, как специально желая себе зла, идут тропами демонов и стараются найти между собой побольше различий – порой выдумывая их – на основании которых затем будут друг друга уничтожать, а ведь делить им на самом деле нечего. Тетаэль не был таким, при всех своих порой странных и безумных выходках. Он нашел в себе силы вырваться из этого круга и ступил на истинный путь.

За разговорами генералы, ведомые Избранным, прошли город насквозь, прибыв в его центр, к дворцу. Нигаэль обменялся со стражей парой фраз на местном языке и позвал друзей за собой. Из громадного зала, разделенного на пять нефов, через который пророс ствол Великого Древа, они пустились в хождения по паутине лестниц, виляющих в разные части дворца. В результате они оказались в зале церемоний. Он находился под тем самым куполом, привлекшим внимание гостей с самого начала, отчего был светел и визуально казался просторнее.

Сквозь купол открывался вид на город, он лежал, как на ладони. На такой высоте столица эльфов казалась мастерски выполненной картиной.

Из пола зала, сквозь круглую дыру, вырастало Древо Жизни, в буквальном смысле пронизавшее корнями и ветвями весь дворец. Здесь его ветви, точно зная, где остановить размах, раскинулись не так широко и вольно, как над вершиной купола, но, тем не менее, придавали экзотический вид помещению.