Волчий Рубин: Город Призраков

И только при последних словах он узнал говорившего – это снова был тот правитель, который ранее, в храме, просил о помощи и освобождении.

«Слиться со мной? Как?! И вообще, я не хочу!» - внутри поднялась волна паники. Юноша боялся даже пытаться сознательно использовать нежданно-негаданно свалившуюся в руки силу.

-Или ты, или он, - снова шепнул голос-подсказчик, но на этот раз более жёстко и настойчиво. – Не позволяй этому ничтожеству, предавшему твоих предков, одержать верх!

-Моих предков? – поражённо шевельнул губами Чезаре.

-Действуй же! – и словно подтолкнула вперёд чья-то рука.

А юноша уже и сам ощутил прилив ярости по отношению к архивариусу. «Ты давно мёртв! Тебя нет, а ты продолжаешь мешать живым! Ты знаешь всё, что мне нужно, но молчишь. Да будь ты проклят, нечисть!!! Я сильнее тебя! И ты меня боишься!» Нельзя сказать, что Чезаре был абсолютно уверен в правильности своих мыслей, но старался думать, что прав. Иначе не победить.

И мальчишка, чувствуя бесшабашную храбрость, которая обычно всегда охватывала его в горячке боя или в других случаях, когда приходилось проходить по самой грани между жизнью и смертью, гордо вскинул подбородок и улыбнулся.

Открытой и дерзкой улыбкой, какая всегда очень раздражала всех его противников. Особенно Марко, помнится, бесился в своё время. Рубин начал постепенно теплеть.

-Не смей сопротивляться Древней Крови! – повторил он как мог повелительно. Встретился взглядом с помолодевшим призраком. Артефакт полыхнул огнём, обжигая кожу, причиняя боль, но одновременно наполняя энергией.

Словно живой огонь пробежал по всем сосудам, закипела кровь и налились силой мышцы, стали лучше видеть глаза… Красноватая пелена постепенно рассеивалась, мелкие её остатки продолжали клубиться только около призрака. Дымные чудовищные фигуры исчезали, противно подвывая.

Архивариус вздрогнул, сделал несколько судорожных жестов руками, будто пытаясь удержать тающих союзников, а потом чуть склонил голову. Слова выкатывались из его губ медленно и словно против воли:

-Простите… повелитель… Я… забылся…

-Я ж тебе говорил, Комольцев, что парень сам справится.

Глядишь, он и нас через пару деньков вот так же строить начнёт. Повелитель… - Арман говорил тихо, чтобы Чезаре не услышал и не оскорбился от иронии, звучавшей в словах наёмника.

Но слух, который, как и все прочие чувства, обострённый действием артефакта, не подвёл мальчишку.

-Я не выбирал эту участь, - с горечью сказал он.