Охотники. Мегалиты Империи

Самым натуральным образом взрываться изнутри. Их грудные клетки лопались, словно от чудовищного напора, потоки чёрной крови взлетали до потолка, смешанные с лохмотьями внутренностей и обломками костей. Один, самый проворный, успевший вскочить, лопнул прямо над пятном расползающегося огня, тёмная кровь залила пламя.

И только один-единственный гуун, кого по странной прихоти магии пощадило истребительное заклятье, сумел сбежать. Швырнув на пол свою гизарму, он рыбкой бросился в окно, головой вперёд, даже не подумав о том, чтобы добраться до дверей.

Курт метнул ему вслед нож, попал в плечо, но гууна это не остановило.

После боя им ещё пришлось тушить пожар; правда, вновь помогла её светлость Алисанда; творила тёмные купола над огнём, что сдавливали его, словно плотное одеяло, каким можно задушить не успевшее как следует заполыхать пламя.

Когда всё наконец кончилось, бывшая лучшая гостиница града Штирбер являла собой картину ужасающего разгрома и жуткой бойни. Всюду кровь, изрубленные, обезображенные тела людей вперемешку со вскрытыми, лопнувшими изнутри тушами гуунов.

Мастер стоял, не опуская секиры. Спаситель, коль Ты и впрямь есть, как Ты такое допускаешь? За что погибли эти несчастные, которым просто не повезло оказаться здесь в то же время, что и нам? Кто на нас напал, зачем и почему?

Наверху в последний раз вдруг дико заорал Кевин, и крик его внезапно оборвался.

Чародейка выругалась.

– Не удержали…

Из дальней двери осторожно высунулись её служанки.

– Всё, всё, здесь уже всё, – громко бросила волшебница.

 – Минди, Венди, быстро, осмотрите, может, кто-то ещё жив? Ищите раненых!

Обе девушки кивнули, разбежались в разные стороны, нагибаясь к неподвижным телам, во множестве застывшим на полу трактира.

– Всё, сударь мой охотник. – Алисанда взглянула в глаза мастеру. – Мы отбились. Но, проклятье, забодай меня кабан, если я хоть что-то понимаю! Гууны, это ясно; а где вампир?

– Мы задавали себе тот же вопрос, госпожа, – негромко проговорил мэтр Бонавентура, появляясь из дверного проёма.

 – Кевин… не дожил. Какой-то очень сильный яд и вдобавок магия… – Алхимик низко опустил голову, пальцы его бессмысленно мяли складки измазанного кровью балахона.

– Скорблю, – коротко уронила магичка, склоняя голову. – Он храбро бился.

– Надо… – кашлянул алхимик, – надо оповестить здешние власти…

– Гюйфе, – вдруг сказал Ингвар.