Богиня по выбору

– Замечательно, это пойдет ему на пользу. – Он перехватил мой взгляд. – Я надеюсь, что моя жена тоже сможет выкроить время, – он лукаво сощурился, – для своего мужа.

– Хорошо, что я знакома с твоей женой. – Мне хотелось, чтобы слова прозвучали волнующе, а я выглядела соблазнительно, однако опять помешала тошнота. – Она уверяла меня, что… О черт! – Едва успев отвернуться, я перегнулась через подлокотник, к счастью с противоположной стороны от мужа, и, подобно фонтану, извергла месиво риса и темного чая прямо на превосходный мраморный пол.

К моей досаде, изрядная порция досталась юной служанке, не успевшей вовремя отскочить.

Мгновенно стихли все звуки – присутствующие застыли в оцепенении. Я принялась поспешно вытирать губы, разглядывая следы своего позора. И тут заметила белые зернышки, показавшиеся мне чем-то знакомым… это же… личинки! О нет!

Меня снова вырвало, на этот раз на подоспевших ко мне Викторию и Каролана.

– Ой, п-простите! – Я тряслась и заикалась, лихорадочно вытирая слезы.

Мне показалось, что я должна непременно встать, но стоило мне подняться, зал будто заволокло серым туманом и стало трудно дышать. Тело сделалось ватным, отказываясь мне повиноваться, колени подгибались.

– Я здесь, Риа! – донесся сквозь пелену голос Виктории, оказавшейся рядом даже раньше Кланфинтана. Подруга осторожно положила меня на кушетку.

Я открыла глаза, но дышала все еще с трудом. Все, это конец. Мне суждено скончаться здесь, перед гостями. Бог мой, какая некрасивая смерть, сокрушалась я…

Кланфинтан склонился надо мной, и я мельком увидела его белое, как бумага, лицо.

Странно, ведь обычно его кожа бронзового оттенка.

– Нет, подожди, я должна сказать Вик… – Голос казался чужим, словно источник звуков находился за пределами моего тела. Я вытянула руку в пустоту, но охотница-кентавр ее поймала. – Люби его, – прошептала я. Глаза Виктории расширились. – Не обращай внимания на мнения других и на разницу в возрасте.

Подруга попыталась вырвать руку, но у меня неожиданно нашлись силы ее удержать.

Я ведь умираю, она обязана меня выслушать. На смертном одре люди получают определенные привилегии. Возможно, близость смерти так пугает столпившихся у одра, что они невольно внимают речам, которые в любое мгновение могут прерваться. В любом случае я собиралась высказать все, что считала нужным, а потом можно и уходить.

– Он тебе нужен. Прекрати убегать и отказываться от ценного подарка судьбы.