Аяда. История демонолова. Том 1

Он резко вскочил, подхватывая девушку на руки.

Держа руку на животе, Кассандра тяжело дышала. Ее охватил жуткий приступ тошноты, она прижалась к Стиффарду, растерянно глядя на Мила.

- Почему мы были такими? - еле шевеля губами спросила воительница; руки ее обвили шею Стифа. Кассандре было очень страшно, страшно до дрожи по всему телу. Она никогда не доверяла магии, теперь особенно.

- Мы были в его возрасте, - пояснил Миллиан, указывая на принца. Психологическая магия до этого случая была ему известна только в теории.

Теперь же, глядя на испуганную Кассандру и находящегося в полуобморочном состоянии Усу, он пообещал себе не использовать ее впредь без крайней необходимости. – Ты хорошо все запомнила?

- Кажется, да. Похоже, это произошло волей-неволей, - в объятиях Стиффарда Кассандра немного успокоилась. – Моложавая у тебя мать, Уса.

Принц, у которого голова просто раскалывалась, пожал плечами:

- Она всегда такой была, сколько я ее помню. Только учтите, внешность моей мамы является запретной темой в Петраэре.

Она карает за это с особой суровостью.

- Учту, - засмеялась Кассандра, - когда буду украшать хорошо сохранившееся личико твоей мамы здоровенными синяками.

Привыкшие к юмору Кассандры Миллиан и Стиффард смущенно, но с хитрицой, потупили взгляд.

***

С Усой дорожные будни демоноловов стали веселее. Принц без умолку рассказывал всякие забавные и не очень истории. Демоноловов больше умиляли не сами истории, сколько немного нелепая манера Усы их излагать.

К каждому из своих попутчиков Уса нашел свой подход. Перед Кассандрой он долго и усердно извинялся. Затем, выяснив, кто набил девушке глаз, принялся обсуждать ведьму холода. С Миллианом он беседовал о его племяннике, со Стифом – о торговле в Рек-о-Тутсе. В итоге, когда они добрались до Петраэры, демоноловы уже мечтали, чтобы принц просто помолчал.

Путники сидели в кустах, тщательно изучая с помощью заклинания орлиного зрения Петраэру. Крепость Милдары выглядела впечатляюще: ее белые стены вырастали прямо посреди заснеженного поля, идеальную белизну которого нарушала лишь тонкая ленточка дороги.

- Ну что ж, могу признать, - наконец вымолвил Миллиан, - вкус у твоей мамочки, Уса, отменный. Красивый дом!

- Ага, - проворчал принц. – Ради этой красоты пришлось почти три месяца терпеть шум стройки. Матери вдруг вздумалось укрепить стены. Со всего света к нам камень везли.

Стиффард похолодел.