Пребывая на пути. Книга вторая.

- О! Мой внук наконец-то решил заглянуть за грань? – Ехидно сказал Эрудан.

- Предки достаточно передали нам из-за грани, чтобы пялится туда без необходимости. – Отмахнулся внук.

- А из любви к знаниям? – Продолжал дед.

- Любопытство свойственно бездельникам. Мне как командиру гвардии не престало занимать ум праздностью. – Отрезал внук, и поспешил покинуть общество деда.

Эрудан постоял немного. Потом перевалился на пятки и с них на носки и принял удобное для тела положение.

- А ты, существо, не хочешь взглянуть за грань? – и незнакомец пристально посмотрел на Петю.

- Пока не знаю. – Петя, умудренный опытом в заключениях договоров, уже не решался так вот сразу на очередную авантюру.

- Ты боишься смерти? – Задал вопрос Эрудан и повел Петю по широкой каменной леснице куда-то в глубь замка на нижний этаж.

- Если честно, умирать мне не очень хочется. – Петя употребил «не очень» как сарказм, однако Эрудан понял это как неосознанное желание перешагнуть черту.

Теперь Эрудана трудно было назвать незнакомцем, так как его имя было уже известно Пете.

Однако эта уважаемая всеми обитателями замка персона, не задавалась целью узнать имя Пети.

Эрудан размышлял о той легкости, с которой малыш пошел на договор, о неясном желании умереть, и чтобы внести свет Путеводной звезды в сумрак дальнейшего пути решил принести жертву Предкам одного из своих скаковых оленей.

Жертвенный камень находился на постаменте из огромного резного драгоценного камня, и тоже был наверно из драгоценных или полудрагоценных камней.

К жертвеннику снисходили ступени на концах перил которых в огромных полусферах горел огонь. В сосудах поменьше воскурялся фимиам.

Петю возле жертвенника держали мертвой хваткой подручные жрецы. Сюда же был приведен олень.

Эрудан обошел оленя, затем погладил его по голове, и медленно наклонил голову оленя на жертвенный камень.

Движение Эрудана было мгновенным. Он крестообразно пересек от себя артерию на шее оленя и к себе черканул по позвонку и трахее. Животное моментально отдало душу без страха и мучений.

Кровь по желобкам жертвенного камня потекла на пол залы. Множество бородок напомнило Пете протравленную плату для электронного оборудования в лаборатории отца. Кровь по ходу своего течения начала светится и стала возноситься, растворяясь в сумраке залы солнечными зайчиками.

Факелы на стенах и огонь в светильниках начали мерцать и по стенам пробежали тени.

Эрудан застыл в трансе, будто бы увидев перед собой нечто.