Богиня по ошибке

Во сне все происходит независимо от нас… Не сразу, но все же до меня дошло: не все обладают способностью управлять собственными снами. Если в моем сне начинало происходить что-то неприятное или страшное, я просто приказывала, чтобы все изменилось. И сны неизменно меня слушались. За тридцать пять лет мне еще ни разу не снился сон, который не повиновался бы мне. Мои подруги считают, что это круто, и завидуют мне, а мои приятели уверены, что я все выдумываю.

Итак, мне всегда удавалось управлять собственными снами.

До сегодняшней ночи.

Пока я парила над замком, к смятению прибавлялась досада. Мой сон, конечно, никак нельзя было назвать страшным. И все же он меня беспокоил, раздражал. Мне захотелось, чтобы он закончился…

И вдруг все переменилось. Меня окутал страх. Ничего подобного я в жизни не испытывала! Это было страшнее автокатастрофы. Ужаснее, чем моя боязнь змей. Чистый, первобытный страх сочетался с твердой уверенностью в том, что где-то рядом таится зло. Живое воплощение зла, например такое, которое толкает на мерзкие поступки педофилов, насильников и террористов.

Стараясь не паниковать, я старалась глубоко дышать и напомнила себе, что это только сон… всего лишь сон… всего лишь сон. Но страх не проходил. Опустив голову, я стала разглядывать замок, ища в нем отгадку, первопричину моего страха. Замок выглядел сонным и невинным. В сторожке, прилепившейся к стене у открытых ворот, я увидела двоих людей в форме – должно быть, часовых или ночных сторожей. Они сидели за деревянным столом и играли в какую-то игру – похоже, в кости.

От них не исходило никаких неприятных флюидов. Обычные ленивые наемники, а вовсе не злодеи… Многие помещения в замке были освещены; время от времени я различала за окнами движущиеся фигуры. Никто как будто никого не убивал, не насиловал, не грабил. С той стороны, которая выходила на океан, я заметила смотровую площадку. На ней стоял одинокий человек. Стоял и смотрел – младенцев не резал, старушек не насиловал. С той стороны я тоже не ощутила никакой угрозы. И все же зло было. Я его чувствовала. Оно было почти осязаемым… Так бывает после того, как переедешь на машине сбитого кем-то до тебя зверька. Кажется, что вонь проникает в салон снизу, от колес, и забивает ноздри еще долго после того, как ты наедешь на трупик. Я продолжала осматриваться; мое тело без труда поворачивалось в воздухе. Наконец мой взгляд устремился в сторону леса…

Вот оно! Несомненно, зло находилось там, в лесу.