Любимая

– Честно говоря, я уже привыкла к тому, что мои дни рождения всегда заканчиваются крупными неприятностями и испорченным праздником, поэтому и от этого не ждала ничего хорошего.

– Не говори так, – сказал Старк, помрачнев. – Я страшно переживал из-за того, что твои дни рождения каждый раз оборачивались какой-нибудь бедой, поэтому постарался, чтобы на этот раз все было по-другому.

– Старк, не стоит принимать все так близко к сердцу! В действительности и раньше было не так уж плохо. Бабушка всегда дарила мне что-то хорошее, а братишка Кевин непременно тайком вручал какую-нибудь дурацкую поделку или ерунду из магазинчика «Все по доллару», потому что мой мерзкий злотчим настаивал на том, чтобы мне преподносили только подарки с рождественской тематикой, ведь в конце декабря надлежит праздновать только один день рождения – Рождество младенца Христа.

– Ну да, конечно, – с негодованием прошипел Старк.

– Я так счастлива, что мои друзья приготовили мне такой чудесный сюрприз! Причем как нельзя вовремя! Значит, я смогу отдать этот дурацкий журнал Неферет Дэмьену, правда? Он обожает читать, я уже слышу, как он разглагольствует перед нами, убеждая не только внимательно изучить этот дневник, но и включить его в список рекомендованного чтения во всех Обителях Ночи в качестве яркого примера поучительной истории или чего-то в этом роде.

– А что, по-моему, неплохая идея. Кстати, где этот журнал?

– Тебе это не понравится.

– Это? Поверь, Зои, когда дело касается Неферет, мне не нравится все! – сухо бросил Старк.

– Неферет спрятала свой дневник под полом в своей спальне, то есть прямо под нашей кроватью, – ответила я.

Старк стиснул зубы так, что под скулами выступили желваки.

– Ты права: это мне совсем не понравилось.

Я вздохнула и уставилась на нашу гигантскую кровать с четырьмя столбиками и балдахином. Мы со Старком сами придумали дизайн своей постели: высокие столбики покрыты искусной резьбой, придающей им сходство с деревьями, а ветви сплетаются над нами как полог.

– Как думаешь, она все такая же тяжелая, какой и была? – пробормотала я. – Ладно, как говорит Стиви Рэй, от слов – к делу.

* * *

– По-моему, она стала еще тяжелее, – пропыхтела я, вытирая пот со лба и нетерпеливо заглядывая через плечо Старка. Он стоял на коленях и с помощью карманного перочинного ножа приподнимал тяжелую половицу, которая при простукивании пола издавала зловещий гулкий звук.