Боргильдова битва

)

– Согласна, – Сиф, роскошноволосая супруга Тора, встала рядом с богиней любви. – Я согласна отправиться к Лаувейе и поговорить с ней.

– Едва ли великанша захочет сесть за стол с моей женой, супругой того, кто отправил в Хель столько её сородичей! – возразил рыжебородый ас.

– Ты, как никто из нас, умеешь убеждать, – усмехнулся хозяин Золотой Чёлки.

– А ты, Мудрый, тогда отправился бы сам, – обиделся обладатель Мьёлльнира.

– Хватит, – поднялся Отец Дружин, и всё разом стихло.

 – Ничего, кроме совета идти на поклон к великанше или же вырвать у неё правду силой, я не услышал. Никто не предложил самим узнать смысл новых рун.

– Как же узнать-то такое? – простодушный Тор развёл руками.

– Я знаю как, – хозяин Асгарда опустил голову и никто из сородичей-асов не видел его взгляда.

* * *

Всё как всегда. Дети, они и есть дети. Пусть даже зовутся богами, умеют дробить несокрушимый гранит и побеждать великанов.

Золотистый Слейпнир беспокойно водит головой.

Чудесный конь чует беду, хотел бы помочь, но не знает как. А Отец Дружин знает, но тоже – не может решиться.

Голая равнина, горизонт тонет в низких тучах, так что непонятно, есть ли вообще здесь солнце. Под ногами ни травинки, нагая слежавшаяся глина, где не пустит корни даже вездесущий пырей. Посреди ровного поля высится одинокий дуб, странный и нелепый в этом проклятом месте. Как он вырос тут – неясно.

Ветки его протянулись далеко от трёхобхватного ствола.

Глина усеяна опавшими листьями, полусгнившими желудями – то могучее древо напрасно старается. Ничто не взошло в его тени, ничто не прижилось.

Отец Дружин стоит, вонзив трёхострое навершие Гунгнира в неподатливую, плотно сбитую землю. Царит безветрие, беззвучие; дуб-исполин не шелохнётся, чем-то напоминая гиганта-ётуна.

Вот только он, О́дин, пришёл сюда с миром, а не с войной.

При мысли о предстоящем начинают мелко и стыдно трястись пальцы. Словно не хозяин Асгарда, а ничтожный нищий, забившийся в щель с медяками – дневной добычей – от продажной рыночной стражи.

Жди не жди, древний Игг, Старый Хрофт, а задуманное придётся исполнить. Твой глаз лежит залогом у Мимира, но даже всей силы Источника Мудрости не хватило, чтобы прозреть смысл новых, изменённых великанами рун. Не говоря уж об их сочетании.

Оттягивая неизбежное, Старый Хрофт разводит костёр – сухие поленья приехали на спине Слейпнира. Немного магии – огню полыхать девять дней и девять ночей.