Всего лишь я

Открыв шкатулку, Гезиль не глядя извлекла из ее недр три карты, протянула их Трафо.

— Возьми. Тут все, чтобы образовать полную цепь. Не пытайся понять, что это за карты. Это слепое бахвальство, которым любят блеснуть такие, как Кайс. Знание того, к какому роду принадлежат осколки, не придает им сил больше тех, коими они наделены. Настоящий собиратель не тот, кто знает карты поименно. Истинный собиратель тот, кто умеет распознать, какая из них нужна сейчас. Здесь и сейчас. Распознать, почувствовать, если хочешь, и позвать.

Карты не имеют имен, как не имеет имени сила мысли, сила физическая, сила любви… Мы не зовем правую руку, чтобы поднять кусок хлеба. Мы не обращаемся к ней, но она сама делает то, что необходимо. Так и с осколками. Как только ты это поймешь, то согласишься со мной. Хвастовство оставь Кайсу и всем тем, кто в погоне за быстрым знанием открывает черную суть осколков. Это не наш путь.

— А Арчи? Он какой?

— Арчи? Арчи пожелал быстрых знаний.

Трафо ничего не мог понять.

— Но он хороший человек.

— Да, хороший. Больше тебе скажу! Будь он правителем Затарии, народ носил бы его на руках. И кланялся при упоминании его имени не из страха, а из действительного уважения и любви.

— Странно, — Трафо решил разобраться в этом сложном вопросе позже. Может, Кайс знает, в чем там весь сыр-бор? Если знает, то обязательно расскажет.

— В то время, которое займет твое вынужденное путешествие, попробуй найти мечту каждого собирателя, — глаза Гезиль горели огнем.

— Чего? — не понял Трафо. — Какую мечту?

— Абсолютную карту.

Глава 10

Трафо так и не научился толком держаться верхом на лошади. Стыдно признаться, но это так. Тридцать лет в обед, а все больше пешком. Сказывалось происхождение: простому человеку верховая лошадь не по карману. Если и есть коник, то, в основном, худой, еле передвигающий ноги мешок с костями, все призвание которого сводится к бездумному волочению обязательно скрипящей, кособокой повозки.

Делать нечего — терпи. Терпи качку, терпи саднящий зад, терпи выходки живого существа под тобой. Не пешком же поспевать за всеми остальными?

После радостной встречи и волнующих напутствий состоялось неизбежное прощание. Арчи по-отечески обнял Кайса, нашептывая на ухо непривычно серьезному балагуру нечто сокровенное. Трафо с поклоном благодарил Гезиль за поистине царский подарок.