Всего лишь я

Трафо вздрогнул от неожиданности, и с облегчением отметил, что не вздрогнул только Нукт. Старый вояка лишь крепче сжал рукоять меча.

Перед ними, прямо из воздуха (ибо больше неоткуда) появился высокий мужчина. Крепкий, широкий в плечах, с лицом аристократа и благородной сединой на висках. В глазах плясали озорные искорки, уголки губ слегка вздернуты вверх.

Первым в себя ожидаемо пришел Кайс, и, выйдя чуть вперед, оттянул указательным пальцем уголок века у глаза, как делают люди со слабым зрением, когда пытаются что-либо рассмотреть.

— Я извиняюсь, — совсем не извиняющимся тоном сказал Кайс, — ты сказал, что тебя зовут Ганут?

— Именно, — степенно кивнул мужчина.

— Здоров же ты врать, парень, — хохотнул Кайс. — Если ты Ганут, то я правитель Затарии.

Ганут блеснул зубами.

— Ты даже не представляешь, Кайс, как ты близок к тому, чтобы стать правителем.

Глава 12

Внизу царила смерть…

Обугленные, скрюченные неистовым пламенем конечности корявыми сучьями топорщились в разные стороны.

И нет никакого порядка в том, как лежат мертвые. Словно собраны были вместе, брошены на адскую сковороду, доведены до состояния уголья и выброшены вон.

Тошнота подкатила к горлу, и Трафо пришлось прикрыть рот ладонью, надавить на подбородок, выкрутить губы до брызнувших слез – хоть так, через боль, заставить дурноту отступить. Он видел всё. Трудно не видеть, когда ты сам стоишь высоко над землей, на круглой плоской крыше смотровой башни, и держишься одной рукой за ее зубец, а другой пытаешься оторвать себе половину своего собственного лица.

И один вопрос довлеет над тобой, рвет тебя на части — как? Кто или что способно сотворить такое?

Сколько же их, мертвых… Никто не спасся, все пали. Кто они? Защитники города? Нет, городом то, что лежало внизу, у подножия башни, назвать было нельзя. Скорее, застава. И все равно, пусть застава! Несколько десятков воинов, с оружием, с опытом боевым, не мальчики безусые — все лежат обгоревшими поленьями.

Не спасло умение. Видимо, и враг был не человек. И вновь тошнота подкатила под самое горло, кислятиной заволокло взор, сбило с мысли.

Все погибли…Все?

За ближайшим домом, с которого некой силой сорвало крышу, и, как подозревал Трафо, заодно с крышей и второй этаж, что-то происходило. Яркие вспышки озаряли надвигающиеся с запада сумерки. Красные и синие сполохи сопровождались криками и грохотом. Из-за угла выскочил мужчина, одежда на нем дымилась.