Магия беды

 – Она сделала паузу и подтянула на плечо лямку огромной неоново-розовой сумки, прежде чем продолжила: – В городе полно отличных мест, где можно устроить самый лучший праздник в честь дня рождения. Места с кондиционерами и бесплатным Wi-Fi, что сделало бы вашу нелепую вечеринку, оканчивающую ровно в полночь, более сносной. – Эмили сморщила свой нос и вздернула острый подбородок. – Для меня, по крайней мере.

Хантер захлопнула свой блокнот и застегнула его на замок, который обнаружила в маминой корзине кухонных ведьмовских принадлежностей.

– Вечеринка все равно будет лучшей, Эм. Даже без кондиционера, Wi-Fi и с окончанием в полночь. – Горло Хантер сжалось, и она провела пальцами по краям своего кулона.

Хантер не успела схватить гигантского мейн-куна, как Зена спрыгнула с лежака и понеслась к Эмили.

Содержимое сумки звякнуло, когда девушка замахнулась ею в сторону кошки.

– Если ты не уберешься с моего пути, я спущу с тебя шкуру и сделаю из нее шарф.

Полосатая кошка выгнула спину и зашипела.

Ее распушенный черно-рыжий хвост подергивался в воздухе, словно рыболовная снасть.

Хантер отбросила блокнот и ручку на освободившееся место и поднялась, подхватив на руки комок раздраженного меха.

– Все хорошо, Зена, – пробормотала девушка и потрепала кисточки на остроконечных ушах кошки. – Это всего лишь старая добрая и вечно недовольная Эмили Пэрротт. И она никогда бы не пустила тебя на шарф.

Эмили чихнула в задравшийся подол платья и вытерла влагу с глаз.

– Еще как пущу, котяра.

Попробуй испытай меня. – Еще один чих. – Она знает, что у меня аллергия, и пытается меня убить. – Эмили утерла нос платьем и нахмурилась. – Видишь? – Протянула ткань в качестве доказательства. – Эта кошка заставляет меня истекать слезами!

Зена таяла от удовольствия, пока Хантер кончиками пальцев чесала ее под подбородком. Мейн-кун расхаживал по Гудвиллю, наблюдая за жителями небольшого городка в штате Иллинойс, еще до рождения Хантер. Зена оказалась рядом в тот самый день, когда Хантер появилась на свет – спокойная и с огромными глазами, как у лани, как говорила ее мать, – пятнадцать лет, триста шестьдесят четыре дня и девятнадцать с половиной часов назад.

Но разве кто-то считает?

Изящное тело мейн-куна вибрировало от урчания, пока Хантер гладила ее вытянутую спину.

– Тебе пора, Зена. – Девушка поцеловала ее бело-рыжую макушку кошки. – Спасибо, что проведала.

Зена в последний раз приластилась к Хантер и спрыгнула с ее рук.