Путь мага. Часть третья. Узник

- Я должен что-то вам доказывать, - искренне удивился поверенный. Магу даже показалось, что удивление было настоящим. – Хм… ну что же… у меня есть письмо, в котором меня просят заняться…

- Дайте мне лист с бумагой, и я вам несколько таких писем напишу, - Эдвину нужны были доказательства.

- Тогда у нас возникли обстоятельства непреодолимой силы, - усмехнулся Аллан своей фразе.

«Должно быть это профессиональный юмор», - вежливо скопировал усмешку Эдвин. – «Надо будет запомнить».

- Раз вы здесь, то не могли бы вы мне помочь с этим? – молодой человек потряс стопкой листов с обвинением.

- Я не ваш защитник, и вы мне все еще не доверяете… - протянул Аллан.

Эдвин терпеливо ждал слова «но». Когда собеседник начинает фразу именно так, всегда следует продолжение.

- …но почему бы и нет, в конце концов. Уверен, что все заинтересованные стороны уже ознакомились с этим замечательным документом, и остались только вы. Что именно вас интересует.

- Коротко о том, что там написано. Со всеми предполагаемыми последствиями.

Пока вы читаете, я бы хотел получить письменные принадлежности. Если вы действительно от семьи, которую упоминали, то передадите им.

- А если нет?

- В таком случае вы получите мое письмо, из которого ровным счетом ничего не поймете, - ответил Эдвин. – Вы же не думаете, что я прямым текстом буду писать?

- Скорее я очень надеюсь на то, что вы замаскируете свое послание. Скажу честно, я бы сильно расстроился, поверь вы мне на слово. Однако вы оказались весьма смышленым молодым человеком.

«Смышленый молодой человек» пропустил комплимент мимо ушей, и напомнил:

- Письмо.

Аллан достал из кармана сложенный лист бумаги и пишущие принадлежности. Следом он достал конверт. Передал все необходимое Эдвину сквозь решетку, и каждый из них занялся своим делом. Поверенный внимательно читал документы, Эдвин писал письмо мисс Картер. В то же время, надо сделать так, чтобы не все поняли, кому адресовано письмо. Знаком он был только с ней, а значит зашифровать свое послание он должен так, чтобы она поняла.

Общих воспоминаний у них было не слишком много, но работать надо с тем, что есть.

«Желательно не использовать первые встречи, вряд ли она вообще о них помнит», - кивнул сам себе. Затем глупо хихикнул, что было неуместно в такой обстановке, и принялся писать. – «Мои ухаживания она наверняка на всю жизнь запомнила. За некоторые из моментов до сих пор стыдно. Насколько я помню, об этом кроме нас двоих никто не знает».