Остров

То, что они выстроились в боевой порядок, в общем-то, ничего не означало. Подземные жители могли стоять строем несколько колоколов подряд, не испытывая особых сложностей. Злые языки утверждали, что они и мыться строем ходят. А вот то, что люди явно отдыхали, лучше всего свидетельствовало о том, что здесь полукровок не ждали. Появление чешуйчатого демона три удара осталось незамеченным. И лишь когда Инглав издал свой рев и бросился в атаку, среди людей началось движение. Пятнадцать шагов отделяли полукровок от противника.

А пока тас’шер стремительно преодолевал эти шаги, в «бронеспина» словно коса врезалась. Передний ряд рухнул, во втором несколько таургов попадали, зажимая личины шлемов. И пока строй не отошел, закрывая брешь, в нее ворвался Инглав, словно пард в стало еранов. Работая окостеневшими шипастыми кулаками, как невиданными дубинами, тас’шер спустя несколько мгновений оказался в центре строя и продолжал рваться вперед. Несса и Тарташ отстали на три шага, подталкивая коротконогого дарг’юша и одновременно прикрывая тыл своего главного бойца. И тот, и другая понимали, что их спасение в скорости: если подземники опомнятся, то против бронированных массивных, хоть и невысоких, бойцов у бездоспешных полукровок шансов немного.

Все хорошее, как и все плохое, когда-нибудь кончается, по рядам таургов прошло движение — и «бронеспин» развалился на две половины. Даже в том хаосе и побоище, что устроил вошедший в раж тас’шер, таургам оказалась чужда паника. Проиграв первые удары боя, они перестроились, образовав коридор для рвущегося вперед полудемона.

Чтобы сомкнуться позади и слитно наброситься на идущих следом.

Несса хлестала хвостом, била наконечником, расходуя резерв без мыслей и сомнений. Закутанный в мерцающий пузырь защиты Тарташ сыпал ментальные удары, даже Каргор вступил в драку, весьма умело рубя подхваченными парными топорами. И полукровки прорвались.

Точнее, их пропустили, как потом признался Тарташ, даже в горячке боя не потерявший способности замечать и анализировать.

Но когда они прорвались, их встретили выстрелы людей. Тех четок, что полукровки потеряли в схватке с таургами, людям хватило, чтобы построиться и атаковать.

Инглав опять заревел — на сей раз от боли. Даже нечувствительного тас’шера сквозь трансформу пронял близкий залп двух десятков карабинов. Его спас Тарташ, врезавшийся внезапно растянувшейся защитой в группу стрелков, валя их с ног и притискивая к стене.