Остров

За ними колыхалось море таургов, топоров, копий, факелов. Инглав с Тарташем переглянулись и тоже побежали.

Полукровки бежали из последних сил и не видели, как сбоку от ворот открылась неприметная калитка, и оттуда стали выбегать люди в черных мундирах, с карабинами наизготовку. Вразнобой ударили выстрелы.

Интерлюдия вторая

— Итак, Герион, ты полностью провалил порученное дело.

— Грасс кансиал...

— Мне неинтересны твои оправдания! Последыши без каких-либо препятствий вошли в Замок, сделали там все, что хотели, — и ушли из него.

— Замечу, грасс кансиал, я маг-криминалист и исследователь, а не боевик. Даже возглавь я преследование...

— Еще раз повторяю: мне неинтересны оправдания. Дела сдашь грантану Антагарону. Можешь быть свободен!

— А мои исследования?

— Ты больше не служащий управления безопасности, занимайся чем хочешь... как частное лицо.

— Значит…

— Именно так, все твои разрешения, в том числе на посещение Острова, аннулированы. Не забудь сдать Антагарону амулет.

Связь прервалась внезапно, с сильной отдачей.

Отправленный в отставку болезненно вскрикнул и схватился за виски. Из-под век его показались капли крови.

Глава 5. По воле ветра

Четыреста сорок шесть оборотов назад

— …Друг мой Линдгард, ты уверен? — Седовласый маг с лицом юноши подошел к собеседнику, положил ему руки на плечи и с тревогой вгляделся в глаза.

— Да, магистр Оринуш. Ты же знаешь, в части оперирования личным резервом я не добился впечатляющих результатов. Поэтому занялся математической магией.

На первый взгляд, собеседник седого «юноши» был в самом деле молод, только-только вступив в пору зрелости. Но это если не считать глаз. Глаза его явно видели больше, чем двадцать восемь — тридцать оборотов мира вокруг светила.

— Да, я знаю. Твои расчеты всегда поражают воображение. И почти всегда верны.

— В данном случае я в них уверен больше, чем в том, что светило взойдет утром.

— Даже так... — Глава магической Ложи Коктандела по привычке почесал подбородок. Рука наткнулась на голую кожу и непроизвольно отдернулась.

Почтенный магистр недавно перенес курс омоложения и никак не мог привыкнуть к отсутствию роскошной бороды, по которой его прежде издалека узнавали знакомые.

Маг прошел к столу, взял свиток с расчетами, пробежался взглядом по формулам, еще раз перечитал вывод.

— Но ведь это же... конец! Гибель магии, как силы, как искусства! Я не говорю уже о том, что это почти гарантированная гибель всех, кто составит круг...