Остров

— Ты плохо искал! Я чувствую тридцатый камень...

— Тогда покажи мне, где он. Я сбился с ног, загнал всех своих агентов, многих потерял в поисках... Истратил море сил, потерял бездну времени — и ради чего?

Голос в цветке вздохнул.

— Угораздило же меня связаться с магом... Нет в тебе веры, магистр. А без веры ты не принимаешь моих даров.

— Отговорка, Владычица. Когда тебе нужно, ты более чем щедра с дарами. Я-то знаю.

Еще один вздох:

— Я уже говорила тебе, маг. Попробую еще раз донести. Истинно верующий жрец обретает связь со своим богом.

Он не докапывается до деталей и не задает богу хамских вопросов. Он — верит. Отдавая ежедневно по чуть-чуть своих душевных сил богу, он выстраивает прочный канал, чтобы бог в ответ делился с ним своей неизмеримо большей силой, когда возникнет необходимость. Ты же маг до мозга костей. Ты не веришь ни во что и никому. И ни капли силы мне не отдаешь. Будь у меня тогда выбор...

— Но выбора не было. Именно я не дал полностью погибнуть твоему культу.

Именно я исправно снабжал тебя верующими, укрывал адептов от властей, устраивал храмы. Именно я подал тебе идею со второй ипостасью. И теперь законно хочу получить причитающееся мне вознаграждение!

— И все же потерпи, магистр. Ты проделал огромную работу. Заверши ее! Когда аватар воплотится, ты получишь все.

– ...Сказала мне воплощение обмана... — пробормотал названный магистром. — И потом меня упрекают в том, что во мне нет веры! Да будь во мне эта самая вера, оборотов четыреста назад я сгорел бы на костре.

А когда этот самый аватар воплотится, чует мое сердце, первым делом он попытается уничтожить меня. Нет жреца — нет долга. А, владычица?

Но золотой огонь уже погас. Да и розовый с салатовым убавили яркость. Обряд завершился. И теперь жрец-маг знал, где последний камень... Даже два.

Явление второе. Ночь неожиданностей

Пришла она в себя, когда уже было совсем темно. Вокруг стояла тишина, где-то поодаль горел костер. Голова сильно болела.

«Что за проклятье?» — мысленно выругалась Несса, пытаясь понять, где она и что с ней.

«Лежи, где лежишь, — болезненно толкнулось в сознание послание Тарташа. — Рядом какие-то люди, пусть лучше они не знают, что ты в сознании».

Несса подавила стон и послушалась. Осторожно, чтобы не выдать себя движением, вытащила кинжал, положила так, чтобы был под рукой. И замерла.

Сердце отстукивало четки за четками, ночь приближалась к своей кульминации, а ничто не происходило.